Книга Сделка с врагом. Ответ на измену, страница 80 – Рина Беж

— Есть. Двое.

Не знаю, что удивляет больше: то, что он всё же отвечает на вопрос, или то, что содержит его ответ.

Между тем, Арбатов продолжает.

— Максу девятнадцать, Зосе пять.

— О-о-о, здорово, — выдаю искренне.

Вот бывает такое, что достаточно одной интонации, перелива голоса, чтобы понять: для мужика дети — не просто отметка в паспорте, а гордость и любовь.

Непробиваемый Руслан Германович своих отпрысков обожает.

И это подкупает, но.

— Девятнадцать? А вам тогда…

— Тридцать шесть, — усмехается и глядит выжидающе. — Только не строй никаких логических цепочек в своей умненькой головке. Я в разводе десять лет.

— Да я и не.

Стыд заполняет все чакры под завязку, потому что оно помимо воли думается и считается.

Какие щеки? У меня уши и шея пылают, хоть лед прикладывай.

— Если интересно, могу про личную жизнь рассказать, — вкрадчиво-убаюкивающий тон окончательно пригвождает к месту.

— Спасибо. Н-не надо.

`Отвожу взгляд, изучая собственные колени.

Хочется провалиться сквозь землю. Неловко до ужаса.

— А что предпочитаю на завтрак, интересует? — смеется в открытую.

— Спасибо, нет.

Вот это я — молодец, хотела аккуратненько поговорить. В итоге ковырнула в личном так ковырнула.

Понятное дело, Арбатов мне сам это позволил. Иначе фиг бы я хоть слово из него вытянула. И всё равно неудобно.

— Ладно, Арина, — еще минуту назад веселый голос становится сухим и деловым. —Поезжай к своей подопечной, раз так рвешься. Только будь аккуратна. Смотри чтобы Сергей был везде рядом.

Больше ни слова не говоря, Сатана покидает гостиную, а через минуту слышится хлопок закрывшейся входной двери.

Вот и понимай его как хочешь. Не то разозлился, не то просто пошел на встречу просьбе.

Впрочем, времени на раздумья себе не оставляю. Сайгаком несусь переодеваться, а после почти бегом вниз, к машине. Охрана, явно уже получившая распоряжения «сверху», кивает и трогается за мной следом.

Перед клиникой заезжаю всего в одно место — детский магазин. По совету продавца покупаю музыкальную игрушку, которую будет удобно держать в руках лежачему ребенку, и снова в путь.

Альбина встречает в фойе на первом этаже. Улыбается, потирает ладони и как-то немного нервно поглядывает в сторону Сергея.

Уверяю себя, что мне просто кажется. Выводы делать не спешу.

Пока идем к палате, стараюсь отвлечь женщину расспросами. Она охотно включается в беседу, рассказывает про девочку, про внимательность врачей и отзывчивость медсестер, описывает прекрасные условия пребывания в медучреждении, переключается на Стрельцову, заведующую детским домом, и ее помощь.

Говорит, не переставая, а перед нужной дверью притормаживает и обращается к Сергею:

— Простите, Катюшка сейчас не спит и может испугаться постороннего. По возможности, сильно к ней не приближайтесь.

Охранник соглашается и осматривает палату, стоя на пороге. Убедившись, что подозрительных лиц нет, застывает статуей в коридоре. А я прохожу внутрь.

Малышка действительно не спит. Заметив меня, сразу узнает. Улыбается, тянет ручки. От игрушки приходит в восторг.

Провожу с ней время, не глядя на часы, обсуждаю с Альбиной ход восстановительных процедур. А когда девочка засыпает не выдерживаю постоянных вздохов и нервных жестов и спрашиваю прямо:

— Что случилось? Я же вижу, что вы постоянно дергаетесь.