Книга Сделка с врагом. Ответ на измену, страница 51 – Рина Беж

— Диагноз Киры, — Арбатов проматывает документ вверх, чтобы я могла увидеть имя пациента. — Никакого смертельного заболевания у нее нет.

— Вы уверены?

Нет, я и сама в глубине души подозревала ложь, но, услышав подтверждение, растерялась.

— В этом уверены врачи, Арина, у которых она наблюдается. У нее всего лишь анемия.

Вот как он так может?

Всего одной фразой отметает все сомнения. И всё же я не могу не поделиться мыслями.

— Но Роман заверял, что у него есть документальное подтверждение, что она обречена. При всем его свинстве, вряд ли бы он соврал про диагноз.

— Верно, не соврал. Думаю, у него на руках есть вот такая бумага.

Руслан Германович пару раз щелкает по кнопкам и перед глазами возникает другое заключение. Оно идентично по внешнему виду, печатям и подписям первому, вот только диагноз там стоит иной — лейкемия третьей стадии.

— Что за…

'Обрываю саму себя, никому не нужны мои сентенции, и качаю головой.

Бред какой-то!

— А чему ты удивляешься? — в отличие от меня Арбатов выглядит невозмутимым. —Измайлова знает Зотова туеву кучу лет. Долгое время они были любовниками и не скрывали отношений. Сходились, расходились и снова сходились. Все ждали их свадьбы. Небезосновательно. Но вместо этого они вдруг в очередной раз разбежались. Кира улетела в другую страну, а Роман взял и женился. На тебе. Для Измайловой это стало шоком. Она моментально сорвалась на родину и сразу предприняла попытку вернуть Зотова. Вот только любовник разводиться с молодой женой не пожелал, хотя в постель бывшую пустил. Кира, молодец, забеременела и для надежности придумала неизлечимую болезнь.

Кира — молодец?

Реально?

Но спрашиваю про другое.

— Откуда вы знаете такие подробности?

— Я знаю всё про своих любовниц, даже бывших, Арина, — Арбатов шокирует внезапным откровением и, не обращая внимания на мое перекошенное лицо, спокойно продолжает. — За несколько месяцев до вашей с Зотовым свадьбы Измайлова сама напросилась полететь со мной в Германию в качестве сопровождения. Я знал, что этим она хочет позлить Романа, но отказываться не стал. Тем более, как раз искал себе пиар-агента, а она в рекламной сфере весьма неплохой специалист.

Не знаю, какой она там специалист в рекламе, но то, что баба мерзкая, однозначно.

— Боже, какой бред. У меня в голове не укладывается, как можно вот так... —взмахиваю руками, пытаясь жестами передать отношение к услышанному. И нет, я не о том, что Кира умудрилась переспать буквально со всеми, с кем за последние годы столкнула меня судьба, — даже если она любит Рому... а иначе в чем смысл ее поступков, то как она может его предавать, обманывать? Заставлять мучиться и при этом улыбаться?

Нет, Романа, как человека, втоптавшего меня в грязь, я не жалею, но мерзость действий Киры возмущает до глубины души.

— А как же: в любви все средства хороши? Разве нет?

Ухмылка Арбатова не затрагивает его глаз, но всё равно режет по живому. Для меня вся ситуация в целом — полная дикость. А уж использование детей, как средств манипуляции — запредельная жестокость.

— Как думаете, Измайлов знает о проделках своей сестры?

Если Руслан Германович удивляется вопросу- то вида не подает. С минуту он прищуренным взглядом изучает моё лицо, т чего еле удерживаюсь, чтобы не отодвинуться подальше, а после признается.