Книга Миссия соблазнить, страница 20 – Ядвига Благосклонная

Еще не переступив порог дома, я подобно заправскому шпиону прислушалась.

Пусто!

Первая мысль.

А где это он шляется?

Вторая.

Зайдя в квартиру, заглянула в комнату, в туалет, но так никого и не обнаружила. Синицы не было. Более того он так и не появился. Похоже, я отвоевала территорию, но почему же тогда я не испытывала ни толику чувств победителя. Ни тебе радости, ни ликования, даже улыбаться не хотелось! Может, оно и к лучшему… Морщины не появятся.

Хотя нет… появятся. Каждый раз, проходя мимо зеркала, я заставала свою хмурую физиономию. И что не так с этим Синицыным? Почему даже тот же фотогрифишка едва ли из штанов не выпрыгивал, напрашиваясь на «чай», а этот из дому сбежал. И куда только, спрашивается?

А потом дошло куда.… На трек! Воскресенье, как-никак. Сегодня в свет выходил «Счастливчик». Этого парня без тормозов мир имел счастье наблюдать всего пару раз в неделю. Преимущественно в выходные, когда вся молодежь собиралась на треке, пила, курила (не только сигареты), обжималась и отрывалась.

Меня уже звали, не то чтобы мне нужно было приглашение.… Но я все равно отказалась. У меня съемка в пять утра. И пусть я была безответственной задницей, но припереться с бодуна на съемку даже я себе не могла позволить.

Ну, почему именно завтра? Ненавижу понедельники.

С этой мыслью я и заснула, с этой же мыслью и проснулась в начало пятого утра. Несмотря на то что солнце еще не встало, зверюга настойчиво требовал еды.… Накормите его, и все тут. Махнув на того рукой, сперва поплелась в душ, где чертова птица караулила меня под дверью, вопя:

— Еда!

— Суп сварю! — в ответ гаркнула, открывая воду.

После душа, когда я стала походить на человека, а не зомби, сжалившись, все же потопала кормить стервятника.

Где, скажите мне на милость, шарился ее хозяин?

— Сам свалил, а я тут кормилицей подрабатывай, — проворчала, нарезая банан.

— Тебя никто не просил, — раздался голос Синицына, отчего я едва не отрезала себе палец, так дернулась. Интересно… Это я такая невнимательная или он такой бесшумный?

— Попробуй твою птицу не корми, она бы меня сожрала с говном, — не стесняясь сквернословить, шикнула.

Синицын на последнем слове поморщился. Он из тех, которые обычно читали лекции на тему: «Ты же девочка — не выражайся! Ты же девочка — не дерись!». Проповедник, в общем… Зуб даю, он и на пасху яйца красит. Надеюсь, не свои…

Дима приподнял брови, жестом руки меня позвал меня за собой, направляясь в мою комнату, подошел к клетке, открыл ее и Емеля тут как тут залетел и присосался к поилке, а еще я заметила, что у него полная тарелка зерен. Оу, вот значит как…

— Как гонка? — решила перевести тему.

Во-первых, извиняться я не то чтобы очень умела, а во-вторых он мужчина. Пусть первый!

— Выиграл, — как само собой разумеющееся, сказал.

И, пожалуй, у этой птички было основание так высоко летать. Вот уже как четвертый месяц, как только Синицын появился на треке, ему равных — не сыскать. Машину он вел четко, уверенно. В нем не было ненужного пафоса и излишнего драйва. Каждый поворот, каждое ускорение плавное, а не грубое и резкое. Заговаривал он ее что ли? Но факт оставался фактом, и тачка его слушалась.

— Поздравляю, — беря в руки тоналку, произнесла.

И ведь правда поздравляла! От чистого сердца! А Синица и тут насторожился, нахохлился, густые брови свел к переносице. Стало тотчас же неловко, словно все сказанные слова ранее встали между нами.