Книга Несносная заложница, страница 17 – Ядвига Благосклонная

Демьян еще раз дергает меня и я, поскользнувшись, падаю, больно ударяясь коленом.

— Дерьмо! — скулю, хватаясь за ушибленное место. И на кой-черт надела эти джинсы с дырками?!

Колено стерто до крови, я здорово проехалась им по цементу.

— Есть все-таки карма на этом свете, — ухмыляется этот бандюган, а я только фыркаю.

Что там говорится?

Не провоцируйте своих захватчиков! Не дерзите и ведите себя тихо! Не пытайся вырваться и убежать! Не смотрите им в глаза… И их все я успела нарушить. И даже последнее, сейчас, сидя на холодном полу и пялясь в эти полные тьмы омуты. Он глядит в ответ. Первым отводит глаза, но вряд-ли от моего тяжелого взгляда. Думаю, ему просто надоело сидеть на холодном полу, поэтому он поднимается и неожиданно протягивает мне руку.

— Поднимай свои булки, принцесса. Нам пора идти.

— Идти? — испуганно восклицаю. — Куда? Я-я никуда с тобой не пойду! — мотаю головой, между тем кряхтя, поднимаясь с пола и нарочно игнорируя его руку.

— Пойдешь, — подхватывает меня за руку, притягивая к своему боку. — Как миленькая, пойдешь и полетишь, и поползешь, если надо будет.

— Надо? Кому надо?

— Мне, — отрезает, угрожающе растягивая губы.

— О-отпусти меня! Отпусти, сказала! Мой отец…

-Твой отец уже грозился меня закопать. Придумай что-нибудь поинтересней или у вас фантазия по наследству передается? — он издевается. Как пить дать, издевается.

И я хочу ответить. Едкое и совсем не достойное того поведения, которое мне из года в год прививали гувернантки. Та лихая девчонка, что скакала по гаражам и лазила по деревьям все еще внутри меня. Была там и остается, по сей день. Однако не успеваю. Внезапно он становится серьезным.

Выглядывает за дверь, толкает меня на стену, прижимая и накрывая рот ладонью.

— Молчи.

— Надеюсь, что ртом она работает также хорошо, как болтает, — слышится голос в коридоре.

— А Мурчик…

— Павлов на мороз упал. Сказал, что с кисой можно поиграть.

— Ч-что? Но… Папа… Он не мог! Не мог! Это ложь!

Я безвольная кукла в руках кукловода, что держит меня. Почему? Боится, что сбегу? Но куда, когда тут за каждым поворотом меня поджидают его псы.

— Значит я преподам ей урок, — эти слова сказаны совсем рядом.

Демьян отрывает одну руку от меня, достает что-то из кармана, резко подается вперед, а дальше до меня доносится только мат, глухой стук ударов, стон и тишина.

— Чего встала, принцесса? — высовывается из-за угла, сгребая меня в охапку, — Шевелись. Сегодня тебе два самца не обломится. Только один рыцарь.

Демьян

Блондиночка плетется за мной, боязно оглядываясь по сторонам, вздрагивая от каждого шороха и зажмуриваясь на каждом новом повороте, словно за ним нас ожидает неминуемая кончина.

Правильно, девочка, ты в этом логове овца среди диких волков.

Мне не нравится этот ее затравленный взгляд и осунувшееся лицо. Это-то меня и напрягает. Белобрысая сучка зарядила мне по яйцам и была крайне невежлива в нашу последнюю встречу. Встреть я ее на улице, то с удовольствием бы встряхнул эту заносчивую заразу, перегнул через себя и отходил бы по хорошенькой заднице. Однако во мне нет ни капли ликования, лишь желание доставить эту идиотку ее папаше дурню.

— Куда ты меня ведешь? — пищит, когда мы поднимаемся по лестнице.

В ответ я дергаю старую ржавую дверь запасного выхода, но она не поддается. Дергаю еще раз, но только напрасно создаю шум. На ней старый увесистый замок. Черт!