Онлайн книга «Сердце пацана»
|
Махнув рукой, она воинственно расправил плечи и твердыми шагами потопала к кассам. Ой, что щас будет… Толпа возмущенно воскликнула, когда наглая пигалица порывалась прошмыгнуть без очереди. — Куда? — рявкнул неприятный тип с пивом в руке. — В очередь, дамочка! — Какая я тебе дамочка, конь педальный? — в тон ему выплюнула Улька. — Ишь, какая шустрая! Мы тута час стоим, а она прет. Что за молодежь? Никакого уважения к старшим! А я ж мать! — женщина преклонных лет с ребенком, что стояла перед мужчиной тоже была возмущена. — Послушайте, матушка… — Какая я тебе матушка? Малолетняя шалава! Из уст немолодой женщины посыпалась такая брань, которая была не под стать образцовой матери. Ну может я чего-то не понимала… — Что, Фролова опять шуму навела? — обыденным тоном поинтересовался Белов за моей спиной. Его голос я узнала бы повсюду. — Ага, как всегда, — ляпнула, наблюдая за перебранками. Замерла, хлопнула два раза глазами и резво обернулась, едва ли не клюнув носом в снег. Благо, Белов придержал за локоть. — Тише-тише, сейчас шею свернешь, — со смешком произнес. — Я на пару минут, отдать билеты. Он залез в карман, достал оттуда два билета и протянул мне. Я так и осталась оторопело на него взирать. Раздраженно фыркнув, Герман взял мою ладошку и вложил туда билеты, заставив сжать пальцы. Развязно подмигнул, осмотрел меня с головы до пят, натянул шапку на лоб и, уходя, кинул: — Жду тебя! Фролова все так же яро стояла на своем, уже собачась не только с женщиной и мужчиной, а целым отрядом недовольных ожидающих. Собравшись духом, пошла в самый эпицентр бури. — Уль, идем, — потянула подругу за руку, но та вывернулась. Что-то рыкнула, но я настояла на своем и все же потянула этого цербера в женском обличии, попутно извиняясь. — Прошу прощения! Не обращайте внимания! — развала людям успокаивающие улыбки. — Мне Белов дал билет, идем отсюда, — на тон тише прошипела уже Фроловой. — И ты не сказала? — Он только что подошел. Идем уже, а то еще накостыляют. На мои слова Улька задорно рассмеялась. Не так часто от меня можно услышать такие словечки. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь. К тому моменту, как мы добрались до трибун Фролова обозвала охранника «макакой облезлой», наорала на щупленького парнишку, мол, пень встал посреди дороги и ей, Улечке, бедной, не проехать не пройти. К слову, юноша вообще в сторонке стоял. Едва не опрокинула колу, споткнувшись на ступеньках и под ее отборный мат, мы все же дошли до наших мест. И чего такая нервная, спрашивается? Как пороховая бочка, не дай бог рванет… — Уль, ты чего? — все же поинтересовалась. — Чего-чего, — прошипела, — секса нету! Бесит! — прошипела змеей. — Синица уже во снах меня изводит. — Так у тебя ж парней вагон и целая тележка… — Гости из Краснодара приехали, будь они неладны! Должна была догадаться. То-то ее настроение, как маятник. С одной стороны в другую. Час назад пританцовывала и радовалась, что от пращуров съезжает, а сейчас ядом плюется. Слушать брань Фроловой пришлось, к счастью для нервной системы окружающих, недолго. Хоккеисты выкатились на лед и все, а мы со всеми заодно, приставали со своих мест, скандируя: — Волки! Волки! Волки! Игра, так-с сказать, «дома», потому неудивительно что фанатов «Атлантика» было в разы меньше. Опять эта варварская игра! С замиранием сердца наблюдала, как тот или иной игрок вписывался в бортик, как шайба лихо скользила по льду, как ловко и бесстрашно ее ловил вратарь. Я бы ни за какие коврижки добровольно не встала на ворота. |