Книга Оболтус, страница 54 – Ядвига Благосклонная

— А что такое? — не понимаю. — Продукты купил.

— Угу, я вижу, — смеется. — Я бы на эти деньги месяц питалась! Вот, скажи мне, зачем именно самый дорогой шоколад? Или отборный чай? А сыр? Это же, блин, дорогущий сыр!

— Ну, а что? Хороший же…

— Так, в следующий раз без самодеятельности. Пойдём вместе. Учить тебя и учить ещё, Зайцев, нормальной жизни.

Саша

Знаете, что такое «доброе» утро? Доброе утро — это когда оно плавно переходит в день. К часам двенадцати. Собственно, здравствуйте долгожданные выходные!

— Просыпайся, Зайцев, — командным тоном изрекает Лера, что встала уже очень давно. Я слышал её копошение, должно быть, с семи часов утра!

— Еще чуть-чуть, — ворчу в подушку.

— «Чуть-чуть» было час назад, — хмыкает. — У нас много дел.

— Каких дел? Выходной же…

— И не сделанная дипломная. Я накопала для тебя немного материала вчера. Сегодня нужно обработать информацию и отмести все ненужное. Вставай. У нас мало времени.

— Ты мне поможешь? — довольно мурчу.

— Только с материалом. Писать будешь сам. И не надейся, — строго отрезает.

— Ну вот. А я уже размечтался…

— Вставай, драники остынут!

— В приглашении на драники чувствуется сексуальный подтекст, — пошловато шучу, на что получаю уже такое привычное:

— Извращенец.

Вообще-то, Лера не обязана помогать мне с дипломом. Особенно после того, что я чудил, но я не слишком благородный тип, чтобы отказаться. Будем откровенны, самому мне ни за что не написать этот проклятый диплом. Даже если я продам свою душу самому дьяволу. Поэтому я встаю, плетусь в душ, где, кто бы сомневался, очередь, а затем завтракаю. Пожалуй, это преимущество жизни с девушкой. Вкусные завтраки по утрам. Сам я и яичницу пожарить не в состоянии.

— Ты думаешь нам по силам написать этот диплом за три недели?

— За три вполне, но сдать его на подтверждение и проверку плагиата нужно раньше. Считай, что в кармане у нас две недели.

— Две недели? — восклицаю.

Дерьмо!

— Именно, поэтому с тусовками придётся завязать, — совершенно невозмутимо произносит.

Две недели. Ладно. Это всего лишь две недели. Потом все придет в норму.

— Нам нужно прошерстить кучу материала, написать теорию, сделать практическую часть и презентацию. В нашем распоряжении четыре выходных и время после работы.

Господи помилуй, я в рабстве. Зачем вообще придумали пытки?! Нужно было просто всех преступников и предателей заставлять писать дипломы. Уверен, они бы и часу не продержалась.

— А если мы не успеем? — неуверенно спрашиваю.

Лера задумывается, отпивает чай, а затем облизывает свои губы цвета спелой вишни. Блин. Почему я вообще смотрю на её губы? И что ещё за цвет «спелой вишни»? Похоже, я не в себе…

— Успеем. Обязательно успеем, — решительно заявляет.

Её решительность, как ни странно, передается и мне. Всё же что-то есть в этой девчонке… Стержень. Определенно он.

После завтрака мы садимся за работу. Исследуем все ссылки и книги, которые прислал Сэм…. Я не выдерживаю и часа, как мои нервы лопаются:

— Это бред сивой кобылы! Зачем это вообще нужно? — хватаюсь за волосы.

Я всегда отличался вспыльчивым характером и неусидчивостью. Вероятно, с тех пор как только научился ходить. В садике дрался за игрушки и бастовал против сна в обед, в школе был зачинщиком драк, а в классе эдак десятом даже поджог туалет. Случайно, конечно… Но досталось мне тогда здорово.