Книга Миссия: разлюбить засранца, страница 78 – Ядвига Благосклонная

— Невозможно, — словно читая мои мысли, говорит Каролина.

— Возможно. Вчера я поменялся с Резниковым.

Вот же! Как ему это удалось?!

— Ты поменялся?

— Совершенно верно, — кивает головой. — Твоя игра в «пару» мне наскучила, Каролина, — его слова жестокие, и мне было бы жаль Королеву, если бы она до этого не организовала на меня травлю. — Я больше не принимаю в этом участие. Думаю, тебе пора домой.

— Ты выгоняешь меня? — этот разъяренный крик, должно быть, слышно в самом космосе. — Меня?!

— Вежливо прошу удалиться, — Айдар ее воплями не впечатлен. — Пока вежливо.

Сохраняя остатки гордости, Каролина резко разворачивается и, громко цокая каблуками, несется на выход. Правда, не забывает притормозить возле меня, чтобы ядовито прошипеть:

— Лучше молись, толстуха. До этого были цветочки.

Нет, не угроза меня напугала, а совершенно безумные глаза девушки, обещающие расправу.

Вот только… Я-то причем? Это же не я поменялась, в конце концов!

— Да пошла ты! — это выкрикиваю не я, а Нина ей вслед.

Потому что я прямо сейчас таращусь на Долматова, который уже хочет подойти, но я качаю головой, беру за руку Клюева и слабым голосом прошу:

— Мы можем уйти отсюда?

— Как раз этим собирался заняться!

Я как в тумане дохожу до машины, а потом в таком же тумане еду домой. Никому не хочется ни разговаривать, ни смаковать подробности скандала. Рома завозит нас с Ниной последними, но меня просит задержаться на пару секунд. Уткина ждет меня на улице, давая нам немного уединения.

— Поля, если у тебя будут проблемы, обязательно говори мне, слышишь? — строго чеканит. — Я никому не позволю тебя обижать. И даже если нужно, то набью морду этому мажору! Не посмотрю на папашу!

— Не нужно, Ром…

— Защищаешь его? — с какой-то затаенной горечью бросает. — А ведь это он втянул тебя в эти разборки.

Я не нахожу что ответить, потому что Клюев прав.

Мы молчим. И, пожалуй, впервые между нами ощущается такое напряжение. Хоть ножом режь.

— Я буду ждать твоего ответа столько сколько понадобится, — говорит, когда я уже тянусь к ручке. — Я о свидании.

— Все сложно, Рома. Прости, если что не так.

Это все на что меня хватает. Я чувствую себя так, словно меня пережевали и выплюнули. И прямо сейчас не хочу идти ни на какие свидания, ни танцевать вальс, ни вспоминать поцелуи. Не то чтобы последнее у меня получалось.

Полина

Знаете, что такое затишье перед бурей?

Это когда ты ожидаешь любого подвоха, а он не наступает. К вечеру воскресенья у меня нервно дергается глаз.

После той вечеринки ни Долматов, ни Королева, ни Клюев не дают о себе знать. Единственная с кем я общаюсь — это Нина. С этой девчонкой мы нашли общий язык. Не в прямом смысле, конечно. Не подумайте. Мы словно перестали держать дистанцию, после той вечеринки и ночевки у меня дома.

Из разряда приятельниц мы перешли в разряд подруг. Знаете, не каждый человек за тебя заступится. А Нина это сделала. Сделала несмотря на то, что и ей может перепасть.

Пожалуй, именно ее поддержка меня держит наплыву и не позволяет отчаяться. И я горжусь собой, что несмотря на все потрясения, нахожу в себе силы собраться и выйти на тренировку. Чтобы не случилось, а я все равно похудею.

Конечно же, Клюев ко мне не присоединяется. Полагаю, он на меня держит обиду. А может, понял что ни на какое свидание я с ним не пойду, поэтому не видит смысла в нашем общении. Откровенно говоря, мне грустно. Ведь Рома за эти пару месяцев стал для меня близким человеком. И, бегая этим вечером, мне не хватает его шуток и поддразниваний.