Книга Услуги по-соседски, страница 72 – Ядвига Благосклонная

— Спокойной ночи, Ася, — шепчет на ухо.

— Спокойной, Сева, — заторможено отвечаю, выходя из лифта.

Как в бреду иду к двери, открываю и захожу. На автомате включаю свет, снимаю пальто и разуваюсь.

Мне кажется, я все еще чувствую губы Севы на своей щеке и тот взгляд, которым он меня одарил вслед…

Проклятье!

Мое сердце разбито! Разве оно может так остро все чувствовать?

— Ася, — слышу позади голос, отчего вздрагиваю.

Миша.

Повернувшись, кидаю на него взгляд из-под нахмуренных бровей.

Он стоит в фартуке, только сейчас я замечаю, что играет тихая романтическая мелодия, а свет в зале интимно приглушен.

Что за чертовщина? Он совсем умом тронулся?

И, конечно же, именно в этот момент в квартиру вваливается Амурский. С вином в руках, он очаровательно улыбается и громко говорит:

— Пампушка, это не свидание, учти!

Мой язык прилипает к небу. Может ли произойти еще что-то более неловкое?

Боже правый, как я тут оказалась?!

Сева замечает Мишу, и сразу же напрягается. От улыбки не остаётся и следа. На его скулах играют желваки. Он быстро оценивает обстановку, криво ухмыляется и бросает:

— Надо же! Какими судьбами?

— Ты кто? — грубо спрашивает Бобик у Амурского.

— А ты? — вопросом на вопрос отвечает Сева.

— Так, стоп. Миша тебе лучше уйти, — твёрдым тоном отрезаю.

— Ася, но мы же договаривались…

— Ах, если вы с Асей договаривались, — голос Севы сочится ядом. Он с громким стуком ставит бутылку вина на полку шкафа и цедит, — то, пожалуй, не буду вам мешать.

В следующую секунду хлопает дверь.

Окидываю Мишу мрачным взглядом.

И что за человек, спрашивается? К чему вся эта мишура? Хочет поиграть в «хорошего парня»? Пусть. Только без меня, пожалуйста. Мне эти спектакли уже поперек горла стоят.

— Ася, кто это был? — хмурясь, спрашивает.

— Бобик, это не твоё дело, — резко отвечаю.

Знаю, как его бесит, когда его называют по фамилии, но я перед ним распинаться не намерена.

— Ася, нам нужно поговорить.

Заело его, что ли?

— Говори, — хмыкаю, проходя в зал.

Включаю свет, выключаю колонку и тушу свечи.

Боже правый, какая банальщина. Да, раньше меня это не смущало. Не смутило бы и сейчас, не измени мне Бобик. В конце концов, какая разница свечи это и ужин, или же ресторан и розы? Главное, чтобы от чистого сердца. Вот только в чистоту намерений Бобика я больше не верю. Все это выглядит как дешёвый спектакль.

Еще и этот Амурский! Что это за сцену он мне устроил?

Ладно, по одной проблеме за раз будем решать.

— Не хочешь вина? — любезно предлагает, присаживаясь на стул.

— Нет, не хочу. Говори зачем пришёл.

Хватит уже ходить вокруг да около. Разговор, так или иначе, должен состояться. Достаточно и мне бегать от этого. Пора поговорить, расставить все точки над «и».

— Мне жаль, что ты узнала все так, — с сожалением произносит, выдыхая. — Мы должны были тебе все рассказать.

— Должны были, — киваю, горько усмехаясь. — Почему же тогда не рассказали?

— Я…Я… — заикается, судорожно сглатывает и признаётся, — Просто испугался. — Миша подрывается со стула, метаясь по комнате, точно загнанный зверек в клетке. — Все случилось неожиданно. Знаешь, нахлынуло. Со мной такое в первый раз... — последнее слово шепчет, словно стыдится. — Стыдно было признаться.

— Стыдно? — переспрашиваю, скептически заламывая бровь. — А в итоге не стыдно получилось?Ты знал, как я отношусь к изменам. Вы оба знали.