Онлайн книга «Школьный вальс»
|
— Нина, я… Он не успевает договорить. Раздается звонок телефона. Со вздохом принимаю вызов и подношу телефон к уху. — Нинель, что это за выходки? Что ты себе позволяешь? Я всю ночь не спала! — Мам, я. — Ничего не хочу слышать! Чтоб была дома через десять минут, тебя ждет серьезный разговор! — Хорошо… Она отключается, а я грустно смотрю на Арсена и буркаю: — Мне пора. Мама волнуется. — Я провожу… — Нет, — испуганно вскрикиваю. — Не нужно. Поговорим завтра. Если мама тебя увидит… — Ладно, напиши потом обязательно. Беру свою сумочку, и только сейчас понимаю, что на мне вещи Полины. Мама меня убьет. Арсен проводит меня до калитки, а потом я ухожу. Мы так и не поговорили нормально. Между нами висит много недосказанностей, но все же я чувствую благодарность за то, что вчера он оказался рядом. Как впрочем, и всегда. Глава 27 Нина — Ты совсем отбилась от рук! — кричит мама в агонии. — Где ты была всю ночь? — Мам, я же сказала, что я была у Полины, — ворчу себе под нос. — Врешь! — шикает она. — Не было тебя у Полины! И Полины дома не было! Я звонила ее родителям! Проклятье! А это она еще не заметила. — Что за одежда на тебе? — сурово сводит брови к переносице. — Нинель, что это такое? — взвизгивает, отчего я морщусь. — Посмотри, на кого ты похожа! Ты похожа на дешевку! Разве так я тебя воспитала? — Нет, мама! — рявкаю. — Ты воспитала меня так, что почти в восемнадцать у меня нет друзей! Что я вечно белая ворона среди своих сверстников! — И правильно сделала! Эти твои новые подружки, — брезгливо выплевывает, — плохо на тебя влияют! Ты стала неуправляемой! Это разговор глухого с немым. — Где ты была? — требует ответа. — Я осталась у знакомых, ясно? — У каких таких знакомых, Нинель? Я и к Полине тебя не отпустила! Это все твой отец! Я всю ночь из-за твоей глупости не спала! — Ты не спала не из-за моей глупости, а из-за своей паранойи! — в сердцах выкрикиваю. — Как ты смеешь повышать на меня голос? Ты забыла сколько труда и сил я в тебя вложила, неблагодарная девчонка? Ты теперь у меня вообще никуда не выйдешь! И можешь забыть про свой университет! В наш пойдешь! — сурово припечатывает. Последняя ниточка терпения рвется, и я уже не могу контролировать свои действия и слова. — Да я и так никуда не выхожу! Я только и делаю, что сижу дома и учу уроки! Ты уже достала со своим контролем! Ты хоть раз спросила чего хочу я? — тыкаю себе пальцем в грудь. Чувствую, как глаза наливаются слезами. — Я хочу нормальную жизнь! И быть нормальной, а не чтобы от меня все шарахались! Хочу выбирать сама себе одежду и выпускное платье, а не быть твоей марионеткой! — Марш в свою комнату, — замогильным голосом цедит мать, отвернув голову к стене. — С сегодняшнего дня ты под домашним арестом. Я не выдерживаю. Расклеиваюсь как самая настоящая девчонка. Потому что я и есть девчонка! Горячие слезы катятся по щекам. Вытерев их рукавом, бросаюсь в свою комнату и громко хлопаю дверью. Опускаюсь на пол, уже не сдерживая истерику. Правда, получается она у меня тихой. Судорожно хватаю воздух ртом, всхлипывая. Мне больно от несправедливости, от недоверия. Меня вчера чем-то накачали, но даже в этом я не могу признаться матери. Если она узнает, то переведет меня на домашнее обучение. Не сомневайтесь. И, разумеется, обвинит во всем меня. Скажет, что, мол, мне не стоило ходить по таким местам и этого стоило ожидать, но правда в том, что я все еще хочу жить нормальной жизнью. Даже несмотря на вчерашние события. В прошлый раз на вечеринке у Долматова мне понравилось, да и вчера тоже… |