Книга Ошибочка вышла, страница 24 – Ядвига Благосклонная

Я не знала, за мной он здесь или же нет. Сейчас меня это волновало меньше всего. В считанные секунды оказалась около парня, но он по-прежнему меня не заметил.

— Поехали! — рявкнула и наконец привлекла внимание этого казановы.

На его лице отразилось удивление, а затем замешательство.

Так и не дождавшись ответа, нагло открыла дверь машины и уселась на переднее сиденье.

Парень, словно очнувшись от ступора, быстро что-то пробормотал шокированной Ангелине и, написав что-то на ее руке, обаятельно улыбнулся, чем заставил меня закатить глаза, а после все же соизволил посадить свою тушу в машину.

Буквально за секунду до того, как мы тронулись, мама вылетела из-за поворота. Она сразу же меня заметила, и я видела, как степень ее злости возросла до уровня неконтролируемой ярости.

— Молодой человек, прошу выпустить мою непутевую дочь, сей же час! — командным тоном заверещала она, подходя.

Тим одарил меня вопросительным взглядом, на что я отрицательно покачала головой.

Он прикусил губу, секунду что-то раздумывая (наверное, не стоит ли выкинуть меня из машины, дабы не иметь дело с сумасшедшими женщинами), а после уверенным плавным движением все же вырулил, бросая моей маме через окно:

— Прошу прощения.

Молчание затянулось на долгих пять минут. Тим не спешил спрашивать обо всей ситуации, в которой ему довелось участвовать, за что я была ему благодарна. Мне не хотелось рассказывать о том цирке, что происходил у меня в семье. Что родители до сих пор бегают за мной, как за маленькой, всякий раз указывая на мой незрелый возраст, слабый характер (хотя я не считала себя слабой, отнюдь), и, конечно же, несамостоятельность.

Тишину прервал звонок телефона.

Я кинула взгляд на айфон, находящийся в моей руке, и фыркнула, сбрасывая, а после и вовсе его отключая.

— Итак, — промолвил парень, прерывая молчание, тем самым заставляя меня напрячься.

Я уже было успела придумать кучу отмазок на его вопросы весьма личного характера относительно того эпизода на улице, но Тимур меня приятно удивил.

— Мы сейчас заедем к тебе. Возьмешь вещи на два дня, а потом едем.

Заметно выдохнув, возмущенно выкрикнула:

— Но ты говорил, что мы поедем вечером. Сейчас только четыре часа.

— Планы поменялись, — несколько резко ответил он. — К тому же, сейчас четыре, пока ты соберешься, будет пять. Ехать еще часа три, не меньше. И это если в пробку не попадем, а так и вообще к девяти, — рассуждал вслух.

— У меня сегодня репетиция, — недовольно сказала, складывая руки на груди, словно демонстрируя этим жестом всю свою важность.

Парень окинул меня скептическим взглядом и, усмехнувшись, произнес:

— Уже нет.

Мне хотелось просто кинуть в него чем-то тяжелым, чтобы стереть с его наглой морды эту самоуверенность, однако на сегодня мои силы уже были исчерпаны, поэтому просто махнув рукой, при этом не забыв скривить лицо, словно съела лимон, откинула голову на сиденье и уставилась в окно.

Спустя двадцать минут парень остановил машину около моего дома, не забыв сказать своим командным голосом, что у меня есть сорок минут, а затем уехал по своим крайне «важным» делам.

Я достаточно быстро собралась. В частности потому, что собрала сумку еще вчера. Я-то думала, что успею попасть на репетицию. К слову, Владимир Николаевич не обрадовался моему сегодняшнему отсутствию. Впрочем, выбора у меня не было. Точнее, выбор есть всегда, но, зная Тима, если я кину его и пойду на репетицию, он тотчас же припрется туда и, не церемонясь, словно пещерный человек, закинет на плечо и утащит. Такого бесцеремонного поведения Владимир Николаевич не одобрит еще больше, а точнее, будет в высшей степени возмущен, что наглый сорванец посмел прервать нашу репетицию, а выслушивать потом мне…