Книга Это — вызов, страница 79 – Ядвига Благосклонная

— М-м? — отозвался он.

Я прикусила губу, а после робко промолвила:

— Не говори бабушке.

Я чувствовала его внимательный взор.

— Хорошо, — согласился без раздумий парень, на что я облегченно выдохнула.

— Спасибо, — подняла я на него глаза, а затем чмокнула в щечку, однако Баринову этого оказалось мало, поэтому он незамедлительно вытянул меня в поцелуй с привкусом кофе. И, несмотря, на мое отвращение к этому напитку, казалось, в этот миг, я его полюбила всем сердцем. Теперь, я действительно ощутила, насколько сильно сероглазый по мне соскучился.

— А теперь рассказывай, как вас угораздило, — оторвавшись от меня, проговорил Глеб мне в губы.

Я сделала жалостливое лицо, однако на парня это не подействовало, и начала свой рассказ.

Я рассказала, что мы вполне себе сносно отдыхали. Пили вино, болтали, а потом в какой-то момент начали танцевать. Все бы ничего, да и танцы почти нормальные были, за исключением того, что мы вазу разбили, конечно, но теперь на фоне всего это казалось мелочью. Затем соседи начали жаловаться, поэтому мы приняли, как нам казалось, самое лучшее решение. Пошли на улицу. Незаметно, оказались в самом центре, около фонтана и нас потянуло купаться. Ну, а там полиция, побег и стекло. Самое удивительное, что парня больше волновало, что мы одни гуляли ночью, а не то, что натворили.

— Ой, ну подумаешь, ничего бы с нами не случилось, — махнула я рукой на его дурацкое предположение о маньяках, между тем моя посуду.

— Да что ты?! Ты не должна гулять одна ночью, а если уж так захочется, позвони мне, — сурово сказал Глеб.

Я лишь закатила глаза, чмокнула его в губы и продолжила мыть тарелки.

Как только с посудой было покончено, мы с Бариновым поднялись в комнату, парень тотчас же меня покинул, направившись в душ, а я между тем сняла его штаны и легла.

Я думала, что как только моя голова коснется подушки, я в тот же миг засну, однако осознание того, что Глеб рядом и не со мною, не позволяло мне этого сделать. Поэтому я ждала парня.

В этот раз он не надевал полотенце на бедра, но был лишь в одних боксерах.

— Ты чего не спишь? — закрывая дверь, а после подходя к окну, поинтересовался черноволосый

Я пожала плечами и проговорила, зевая:

— Тебя жду.

Он улыбнулся и, закрыв шторы, лег рядом, обнимая меня за талию и прижимая к себе.

— Глеб, — произнесла я тихо, — а как тебе удалось все уладить?

Парень поцеловал меня в шею.

— Ваш следователь мой хороший знакомый, — усмехнулся он.

— О, ясно, — пробормотала я.

— Спи, зайка, — прошептал сероглазый мне в шею.

Глаза постепенно слипались, и я, последний раз зевнув, закрыла глаза, проваливаясь в сон.

* * *

Когда я проснулась, на улице уже было темно. Моя рука и нога затекли.

Я немного приподнялась.

Мое бедро, как и в палатке, было, весьма, неоднозначно закинуто на Баринова. Я чувствовала выпуклость под собой.

Господи! Баринов «младший» спит вообще когда-нибудь?!

Но самое ужасное было даже не в моей ноге (это мы уже проходили), а в руке! Она лежала рядом с моим бедром, буквально касаясь его «друга». Я сглотнула и попыталась пошевелиться.

Глеб простонал, а после зашипел.

— Зайка, ты уже закончила лапать меня?

Кажется, все слова вылетели из моей головы. Я не способна была выдать и двух слов, бормоча несвязные «ээ» и «ну».