Книга Тридевятое. Книга первая, страница 74 – Ирина Кизимова

Иван понимающе кивнул.

Тем временем притихшую от шока Власелину, высвободил из мёртвых рук Водовлас, по-отечески обнимая свою племянницу, ласково поглаживая по тёмным волосам, шепча на ухо что-то успокаивающее.

Присутствующие застыли в ужасе, глядя на то, как уносит течением нечто похожее на болотную тину вон из залы. Уже давно никто лично не становился свидетелем нарушения клятвы, и теперь у всех поубавилось пыла разбрасываться громкими словами направо и налево. Бледные как мел Улада и Купава сидели у пустого «трона», на их лицах читалось нескрываемое отчаяние.

— Вот к чему приводит нарушение клятвы. — сказал Владлен, указывая на обмякшее, безголовое тело, качающееся в воде. — Это будет уроком нам всем.

Он в последний раз взглянул на останки собрата и жестом приказал прислуге убрать его с глаз долой, чем те немедленно занялись.

— Раз водяной Водован мёртв, стало быть, пришло время выбирать нового правителя реки Иволги. — Водовлас многозначительно взглянул на мертвенно-бледную Власю.

— Власелина единственная дочь покойного Водована, которому мы присягнули на верность, посему теперь ты будешь править нами. — обратился Владлен к застывшей русалке.

Иван смотрел на скованную страхом Власелину, на лице которой отразились все оттенки ужаса от происходящего. Он нутром чувствовал, что должен спасти её от мечом нависшей над ней участью, иначе она будет вынуждена сидеть на ненавистном дне реки до конца дней своих. Влася никогда не говорила прямо, что ей плохо живётся в родной Иволге, но некоторые её фразы и постоянные упрёки от Водована по поводу связи с земными мужчинами, давали полное право предполагать, что она не хочет быть владычицей речных вод.

— Но Власелина русалка. — внезапно заметил Иван, привлекая к себе внимание присутствующих.

— У нас в народе нет разницы кому править — русалке или водяному, всё дело в силе. — объяснил ему Владлен.

— Разве вы, Владлен, и вы, Водовлас, не сильнее этой слабой русалочки? — спросил царевич. — Хоть она и прямая наследница своего отца, но он никому этого не говорил, да и к тому же сразу видно, что она не обладает достаточным характером, чтобы править Иволгой.

— Вы не знаете нашу Власю, Иван-царевич, более сильной русалки на всём белом свете не сыскать. — Водовлас сердито скрестил руки на груди.

— Вы правы, я знаю её не так долго, но как сын царя Берендея, всю свою жизнь проведший в царском тереме и наблюдающий за отцом, могу точно сказать, что она не подходит на роль правителя. — он взглянул на русалку, столкнувшись с её взглядом полным надежды. — Если вы выберете правителем Власелину, то я заявляю, что отказываюсь принять исполнение нашего с Водованом договора, и тогда кара падёт на любого из вас. Вы же видели, чем это заканчивается?

Речная нечисть замерла от страха, глядя в сторону выхода, куда отбуксировали обезглавленное тело несостоявшегося властелина реки Иволги, никому не хотелось быть на его месте.

— Иван-царевич прав, дядюшки, я простая русалка и не гожусь во владычицы Иволги, но знаю вас. Ты, дядя Владлен, самый мудрый водяной, которого я только знаю. — обратилась Влася к своим соплеменникам. — Вы, дядя Водовлас, добрее вас я никого в своей жизни не встречала! Дак почему бы вам обоим не править сообща? — спросила она, с надеждой глядя на водяных. — Я уверена, что это принесёт Иволге покой и процветание, которое её жители заслужили.