Книга Неспортивное поведение, страница 75 – Мария Киселева

Блять. Ее надо уволить, выкинуть, окончательно вычеркнуть. Она хренова предательница, не способная сказать это в глаза, как сделал бы человек, искренне ненавидящий меня.

Пытаюсь отвлечься, возвращаясь к прошлой жизни — к весне. Тогда у меня не было времени на дом, женщин и собак. Признаю, Симбы не хватает.

Я летаю из Китая в Новый Орлеан, затем в Монако. И это за семьдесят два часа. В Вашингтоне не смотрю в сторону отеля. В прошлой жизни мне иногда было не до женщин, а в моих планах восстановить режим. Это будет просто, бизнес — моя стихия и кровь, так растил Филипп.

* * *

ЛУИЗА

Я не сразу беру себя в руки, но стоит сказать, если бы не Микки с Анной и давняя договоренность о публикациях с Фелтонами, я бы вряд ли покинула постель. Меня не волнует, что это та самая постель, в которой мы спали более трех лет с Фрэнсисом. Это изощренная пытка — вручить мне пентхаус.

Когда подъезжаю к дому клиентов, из него только выезжает красный Лексус родителей Зака, проскальзываю через автоматические ворота. Сабрина стоит у крыльца, машет, чтобы я заходила.

— Зак вот-вот вернется. Кофе? Так скучаю по его запаху, но если выпью хотя бы полкружки, близнецам не спать. — она кормит грудью.

— Нет, спасибо. — прислоняюсь к дверному косяку кухни, где хлопочет Рина, поглядывая на люльку с близнецами.

Софи дает мне «пять» и очень мило делится детским печеньем в форме зверушек. Они пахнут нейтрально, так что проглатываю, замираю и выдыхаю.

— У меня с Софи тоже был токсикоз. Помогали чаи, их запах и тепло успокаивают все внутри. Всякие детские закуски тоже усваивались, они для самого прихотливого пищеварения.

Я падаю на стул.

— Не думала, что это так тяжело.

— Какой срок?

— Пять недель. Я еще не была у гинеколога. И не говори, безответственно.

Не могу собраться.

Сабрина опускает глаза на мою левую руку.

— Мы разошлись.

— Но это ребенок Прайса? — киваю — Того мужчины, который держал на руках Адама? Казалось, он думал о Данте Алигьери и удивлялся, что тот не додумался до подобной пытки.

— Вот именно… — вспоминаю этот эпизод — Он не может терпеть детей.

— Я о другом, и чужие дети не в счет. — отмахивается — Смотрел он точно не на Адама. Еще хотел прикончить моего мужа, когда ты отошла с ним на двадцать метров к озеру. И это только то, что я видела вблизи.

Принимаю еще одну печеньку от Софи, я сильно похудела за последние две недели, даже когда не подозревала о положении.

— Нет ничего, что нельзя изменить, когда вы влюблены.

— Очень мило, Рин, но мне никогда этого не говорили. Можешь убеждать, что мы выглядели мило, какой взгляд и подобное, — так делали и подруги, раньше — но мне о вселенской любви не сообщали.

— А ты ему?

На секунду замираю.

— Нет. Я не хочу быть…

— Первой. Ожидаемо. Трагично быть отвергнутым, но здесь разговор и о решительности. — она на несколько секунд заглядывает в мои глаза — Прости, что болтаю. Это не мои дела.

Тут же входит Зак.

— Привет всем. — баскетболист проходит мимо, целует жену, щекочет близнецов, а затем смотрит на меня — Все в порядке?

Я действительно так плохо выгляжу?

— Лу не стоило приходить. — сочувствующе смотрит на меня — Ты действительно неважно себя чувствуешь, обратись к врачу.

— Что-то серьезное? Мы можем помочь? — беспокоится Зак.

— Спасибо, ребят, я и вправду пойду. Извините, что спутала планы. Отправлю все завтра из дома.