Книга Неспортивный фол, страница 19 – Мария Киселева

— Что ты здесь делаешь?

Повторяю вопрос уже на улице, мне не поддается бутылка воды. Зак легко открывает.

— Слушаю экскурсию, приближаюсь к прекрасному.

— Надо не только слушать.

Горло пересохло, рот болит. Сейчас второй заход, затем домой. Возможно, позову Стефани, она сделает мне маникюр, привезет персиков…сладкие мысли. Выдвигаю их на первый план.

— Решил, что помимо спорта у меня нет… — он проглатывает “ничего” — интересов. Даже у Элли есть! Если с баскетболом выгорит, стану водить экскурсии по стадионам.

Хочется попросить не заговаривать меня сестрой…

— Тебе не нужно было его бить.

Стою на ступени, а Зак на земле. Даже так он выше. Осторожно провожу по темным корочкам на его костяшках. Стыдно признать, но мне они нравятся…нравится, как появились.

— Поехали в Чикагский? Будешь слушательницей моей экскурсоводческой премьеры.

— У меня вторая группа. — довольна оправданием.

Только сейчас замечаю его пальцы на лямке моей сумки, он нервно ковыряет и так отваливающийся кусочек кожи.

Почему мы все время привязываемся друг к другу?

— Не обещаю, что и на этот раз буду смотреть.

Задыхаюсь возмущением.

— Соглашайся. Если не понравится, компенсирую видом Пушинки. Видом, а не касаниями, это опасно для жизни.

Какая к черту Пушинка?

— Хорошо. — ничего хорошего.

Через три часа накормленная пастой и большим стаканом колы иду по дорожке Чикагского. И…мы действительно проходим мимо открытой баскетбольной площадки, затем по пропуску в тренировочный зал. Он не такой большой, как думала. Куча тренажеров, а дверь в раздевалку стоит обходить по дуге. Зак смеется.

— Знаешь, ты должен рассказывать больше, чем я задаю вопросов из вежливости.

— Напиши методичку. — он прислоняется к странным железным балкам — Это качать ноги, а здесь — последнее из смешного.

Он берет перекинутую через тренажер резинку.

— Ты упадешь, если я попробую показать. — короткий смешок — Резинка охватывает спереди, края держит сзади человек…посильнее. Тренировка на сопротивление. Вчера Джо держали двое, резинка лопнула.

— Напомни, к нему не приближаться. Он сидел на переднем?

— Да. И он безобидный, Сабрина.

Я так не думаю.

Затем мне показывают настоящую баскетбольную площадку с трибунами и тому подобным. Уверена, в Иллинойском такого чуда нет, только простенькое поле для футбола с местами на несколько сотен.

Я не знаю правил, очков. Даже не пыталась это исправить, потому что внушала, что мне все равно.

Сажусь на зрительное место, двенадцатый ряд. Зак на несколько ниже, опирается на спинки сидений.

Только сейчас понимаю, насколько устала, хочется хныкать, как Элли, но держусь.

— Как часто у тебя игры?

— Просишь? — изгибает темную бровь.

Да, прошу. Мы не лезем в жизнь друг друга, потому что это опасно, по крайней мере для меня.

Парень выдыхает. Будет ли более логично называть Зака мужчиной?

— Раз в неделю-две.

Не знаю, много ли это.

— Часто проигрываете?

Усмехается, по-прежнему смотрит в глаза, и от этого не неловко.

— Один к восьми.

— Это…хорошо? — прищуриваюсь.

— Увидим.

Увидим. От этого многое зависит.

— Если хочешь…пока я готова слушать.

— Пока. — улыбается, опускает глаза.

— Не буду настаивать.

Встаю, мне пора. Мы гуляли чуть больше получаса.

Надо признать, в Чикагском красиво. Очень много зелени, дорогое спортивное оборудование, отсутствие проветривания в раздевалках.