Книга Бывшая принцесса, страница 74 – Мария Киселева

— Я ставила инъекцию в конце апреля, как такое возможно. Мне нужно пройти повторную проверку?

— Два обследования в разных химических группах говорят одно, мисс МакГрат. Приехать необходимо, но я бы доверяла результатам.

Она слишком спокойна и слишком медленно говорит.

— У вас нестабильный гормональный фон, — была уверена, что месячных нет из-за стресса, что уже бывало — могли произойти изменения в организме, которые не сопоставляются с данным типом инъекции. Это бывает, но эффект обычно держится до следующего приема, на котором все и выясняется.

Ладно. Мне плевать на ее слова и все вероятности. Мне пришли повторные результаты в процентах и цифрах анализов. А я всегдадоверяла цифрам. Я чертов финансист. Но не сейчас, когда приказываю открыть ворота и без телохранителей выезжаю в город, ища самую заурядную из поликлиник. У меня достаточно налички для молчания.

Я проверяюсь в обычной консультаций, не брезгуя аппаратами и ворчливыми докторами. У меня виден живот, но теперь я понимаю, что это не обычное явление после обеда, а бугорок ниже пупка… я просто отказывалась замечать это и боль в груди, думая, что вот-вот начнутся месячные. Не могу. Я не смогу с этим справиться…

— Около шести недель.

Это было через неделю после моего дня рождения или около того, когда мы с Николаем трахались, как чертовы кролики.

Женщина продолжает водить роликом по моему животу, по кабинету разносятся громкие глубокие стуки.

— Два сердцебиения.

— Мое и…

— Девушка, у вас будет двойня.

Я знала о вероятности. Моя мать еще жива, я знаю историю ее семьи в том числе о случаях многоплодной беременности. И я счастлива такому исходу. Их двое. Они никогда не будут одиноки.

Думала, что буду тотально готова к этому. И я не сентиментальна, но в такой момент рядом должен быть муж, счастливый долгожданному ребенку… двум.

Первая мысль — подстроить все так, что дети от Ричарда, но это не позволяет срок и яркое ДНК Громова. Его ген доминантен, скорее всего у детей будут темные глаза и волосы ближе к цвету темного шоколада… а младенческая кожа? Я не помню, когда держала на руках малыша, только если на крестинах тети Таиши.

Вторая — избавиться от детей Николая. Так бы и поступила Квин МакГрат, конструирующая свою лучшую жизнь, строящая ее кирпичик за кирпичиком. В сценарии нет места внебрачным детям криминального авторитета восточного побережья.

И теперь хвалю себя за покупки азиатской недвижимости с бумаг. Я узнаю о людях Братвы, чтобы унять чувство вины, а затем сбегу и от неожиданно свалившегося места в Совете, и от других теневых схем… и от возможно живого Николая. Он никогда не научит детей защищать себя и тех, кто им дорог. Не будет Анны, которая могла бы дать порцию нежности. У них не будет людей, которые помимо меня станут их любить, потому что мы уйдем с радаров. Я быстро выучу китайский.

Из меня вырывается всхлип.

— Мисс… — доктор протягивает стакан с водой.

— Уйдите. — она не двигается с места — Я сказала вон!

Женщина не похожа на ту, что уступит свое рабочее место истеричной пациентке в экстренном отделении в полночь, но она получила достаточно стерлингов.

Я закрываю рот ладонью, скатываюсь по стене.

Мне следует записаться на аборт сегодня же, чтобы вернуть контроль над собственной жизнью. Даже вдалеке Николай лишает меня свободы. Я не знаю, где он, жив ли… Но этот мужчина везде.