Книга Его любимое оружие, страница 12 – Мария Киселева

— Платье, и я готова! — вскакивает и бежит наверх, белый комочек-кошка следует за ней.

В это время осматриваю собственность моего врага. Родители купили ей роскошное жилье в Чикаго. Но почему именно этот город? Почему я организовал штаб квартиру и переехал именно сюда за ней?

Совсем скоро Ариэлла сбегает в красном наряде, держа туфли за каблуки. На ней облегающее платье на тонких лямках, а подол заканчивается сотней атласных роз и куда выше колен. Это платье настолько же дерзкое, насколько по-кукольному смотрится на этой девушке. Я оцениваю ее идеальные изгибы, грудь в чашках корсета. Явно делаю это слишком заметно, потому что щеки Ариэллы сливаются с платьем.

— У тебя прекрасная фигура. — пытаюсь говорить беспристрастно.

— Но это не старания пилатеса, а Skims. Старая коллекция утягивающего белья, но она достаточно короткая и доходит до бюста, так что все кажется таким фигурным…я… — останавливается, рука с туфлями обвисает — Спасибо.

Это чудо в некотором смысле такое нелепое.

— У нас осталось время только на дорогу. — говорю.

Она спохватывается и надевает острые шпильки.

— Я вся твоя, вперед.

Ей стоит научиться подбирать слова. При том очень быстро.

Ариэлла сказала, что давно не была на таких мероприятиях, но движения при выходе из машины, аккуратные отворачивания от камер, усилении хватки на моем локте, когда лестница закручивается, оголенные лопатки идеально собраны, а губы сложены в самую правильную из улыбок. Чудо вписывается как в атмосферу простой эко кофейни, так и в светский раут.

В крупном мраморном зале с колоннами и барельефами мы с Ариэллой мгновенно попадаем под внимание десятков. Я богатейший и, следовательно, опаснейший человек в здании, моя спутница — самая сумасшедшая при том везучая женщина в мире. Так считают окружающие, но все равно толпятся вокруг.

Мне нравится наблюдать, как люди в основном интересуются слабой добычей — Ариэллой, одновременно с этим перебарываю желание оградить ее от всего мира. Все щебечут, как скучали по ней в обществе, почему ее скрывали в Чикаго, вполголоса говорят о сцене в теннисном клубе и нынешнем положении девушки.

Сначала девушке нечего сказать и она теряется, но затем начинает слабо отвечать, из-за чего на нее нападают активнее. Я пробиваюсь…не пробиваюсь, передо мной расступаются, к Ариэлле и беру ее за руку.

Когда вытаскиваю ее из общества хищников, то понимаю, что забыл, кем девушка является. Происходящее — способ сблизиться с ней, войти в доверие, заполучить доступ к Greencamistry Corporation, а не впустить ее в свою черную душу.

— Прости, я снова тебя отвлекла.

Поглаживает зажившее запястье, отчего я чувствую укол вины: причинять девушкам физическую боль точно не про меня.

— Что я говорил об извинениях?

Она опускает голову, словно я ее ругаю. Черт. Аккуратно приподнимаю указательным пальцем ее подбородок.

— Пойдем, я хочу познакомить тебя с кое-кем.

Я подхожу к круглому столу, рассчитанному на пять человек. Значит, парни одни, как последние шесть лет. Мы даже выдавливаем улыбки, когда пожимаем друг другу руки, мое чудо прилично стоит за моей спиной, ожидая, что ее представят.

Выдержка, должное расстояние между друг другом, наличие оружия выдает в них военных куда больше, чем во мне. Все друзья из обеспеченных семей, но были со мной в Камеруне по разные отряды.