Книга Спой мне, девочка, страница 46 – Диана Эванс

— Уже нашел покупателя, — Джейк достал телефон. — Детский хор. Хотят сделать музыкальную школу.

Она рассмеялась — звонко, по-настоящему:

— Ирония. Дэниел ненавидел детей.

* * *

На чердаке, в старом сундуке с монограммой "А.М.", они нашли дневник Анны (последняя запись: "Если читаешь это, Авочка, значит, ты нашла свой голос")

Ава прижала дневник к груди. Запах старых страниц пахнул детством.

— Она знала… Она знала, что я найду это.

Джейк осторожно открыл нотную тетрадь:

— Это… Боже. Это черновики ее последнего альбома. Незаконченные.

Ава посмотрела на него, глаза блестели:

— Мы можем закончить за нее.

* * *

Студия "Red Chord" теперь принадлежала Джейку. Он переделал ее полностью. Звукоизоляция цвета морской волны. Стена с фотографиями: Анна и пустое место для ее будущих наград.

— Стоп. Это не так. Мама бы сыграла это… мягче, — произнесла Ава в наушниках.

— Ты права. Давай попробуем на полтона ниже, — Джейк был за пультом.

Пауза. Затем он неожиданно сказал:

— Знаешь, что самое странное? Ты поешь точь-в-точь как она… но это звучит по-новому.

Ава улыбнулась, поправляя сережки матери:

— Потому что теперь это и мое тоже.

Выпускной вечер альбома "42.7", в честь той самой частоты, прошел в маленьком джаз-клубе. Никаких журналистов.

Когда Ава спела последнюю песню — ту самую, незаконченную мелодию Анны — Джейк неожиданно встал за второй микрофон. Его голос, грубый и неотполированный, слился с ее в идеальном диссонансе.

После концерта, когда бутылка шампанского опустела, Ава нашла Джейка на крыше. Он смотрел на звезды.

— Ты знаешь, что теперь? — она прижалась к его плечу.

— Теперь… — он обнял ее, указывая на горизонт, где поднималось солнце. Теперь мы просто живем. Играем. Любим. И устраиваем тебе самый грандиозный концерт в Лос-Анджелесе.

Ава закрыла глаза. Где-то вдалеке играло радио — их песня, их голоса, их история.

* * *

Вечер в их доме был тихим, уютным, наполненным запахом свежесваренного кофе и старой бумаги. Ава сидела на полу среди разбросанных нотных листов, ее пальцы осторожно перебирали страницы материнского дневника. Джейк, склонившись над гитарой, пробовал новый аккорд — мягкий, глубокий, совсем не похожий на оригинал.

— Так лучше, — Ава подняла голову, улыбаясь. — Мама бы одобрила.

Джейк фыркнул, поправляя струны:

— Ты говоришь это, будто знала ее.

— Я знаю ее голос. Это почти одно и то же.

Она потянулась за чашкой, но вдруг замерла — за окном послышался скрип тормозов, затем шаги по гравию.

— Кто это? — Джейк нахмурился, машинально положив руку на ее колено.

Дверной звонок прозвучал слишком громко в тишине их вечера.

Ава встала, подошла к окну — и рассмеялась.

— Боже, это же Клэр!

Клэр Барроу ворвалась в дом, как ураган в дорогом пальто и с огромной коробкой в руках. Ее рыжие волосы были растрепаны ветром, а глаза сияли.

— Ты жива! — Она бросила коробку на диван и схватила Аву в объятия. — Я не верила, пока не увидела твое имя на афишах!

Ава засмеялась, обнимая подругу:

— Ты следила за мной?

— Конечно! — Клэр отстранилась, оглядела комнату, потом Джейка. — Хотя, судя по всему, за тобой присматривают.

Джейк поднял бровь, но промолчал.

Клэр, не смущаясь, схватила коробку и встряхнула ее.

— Я принесла тебе кое-что. Вернее, вернула.