Книга Спой мне, девочка, страница 21 – Диана Эванс

Джейк кивнул, не глядя. Его руки продолжали настраивать оборудование, но плечи напряглись, как у зверя перед прыжком.

Когда музыка наконец хлынула, Ава почувствовала это раньше, чем увидела.

Джейк замер у пульта, его пальцы сжали регуляторы до побеления костяшек. Она повернулась — и увидела.

В дальнем углу зала, в тени аварийного выхода стояла женщина в черном пальто.

— Лора… — его губы шевельнулись беззвучно.

Ава увидела, как он рассыпается. Руки дрожали. Глаза расширились. Дыхание участилось.

Она сделала шаг к краю сцены, но было поздно.

Джейк сорвал наушники.

— СТОП!

Тишина ударила громче любого аккорда.

Гнетущая тишина, нарушаемая только потрескиванием перегруженных динамиков. Воздух пропитан запахом испаряющегося сухого льда и чем-то металлическим — страхом, потом, кровью из сжатых кулаков

Толпа рассеялась как дым, оставив после себя скомканные афиши с лицом Авы и одинокую черную перчатку на краю сцены.

Ава подняла ее дрожащими пальцами. Кожа была удивительно мягкой, дорогой, явно не из этого мира. На внутренней стороне запястья — вышитая золотом буква "М", такая же, как на старом фото в медальоне Джейка.

— Джейк… — она обернулась, но его уже не было.

Рик нашел ее в гримерке, где она сидела, сжимая перчатку в кулаке.

— Это Лора Морган, — он произнес имя шепотом, будто боялся, что стены услышат. — Его сестра.

Ава почувствовала, как ледяная волна прокатывается по спине:

— Но она же…

— Погибла? — Рик горько усмехнулся. — Фелпс любит оставлять свидетелей. Особенно страдающих.

Он протянул телефон. На экране — старая газетная вырезка:

"Трагедия в подпольном клубе: пожар унес жизнь талантливой пианистки Лоры Морган"

Дата: ровно пять лет назад.

Она нашла его на крыше, где он сидел, сгорбившись как раненый зверь, с перчаткой в руках.

— Почему ты не сказал? — Ава села рядом, их плечи едва соприкоснулись.

Лунный свет выхватил из темноты дрожь в уголках губ, которые всегда были такими уверенными.

— Она играла "Лунную сонату" в ту ночь, — его голос звучал разбито, как старый винил. — Фелпс поджег клуб из-за долга. Я думал…

Он сжал перчатку так сильно, что золотая нить порвалась.

Ава не говорила. Просто прижала его голову к своему плечу, чувствуя, как его дыхание обжигает кожу.

— Мы найдем ее, — прошептала она.

Где-то внизу завыла сирена.

Заброшенный оперный театр "Эдем". Рассвет. Первые лучи солнца пробиваются через разбитый купол, освещая миллионы пылинок, кружащихся в воздухе как застывшие музыкальные ноты.

Билет был найден в кармане той самой перчатки — потрепанный, с выцветшей типографской краской.

"Место 13, ряд B. 24 декабря. 'Кармен'"

Ава провела пальцем по бархатистой бумаге, чувствуя микроскопические пятна — возможно, слезы. Джейк стоял у входа, его тень растянулась через весь зал, будто пытаясь дотянуться до сцены, где когда-то играла Лора.

Пианино стояло под углом, словно кто-то пытался его спрятать. Клавиши пожелтели от времени, а на крышке — царапины в виде нотного стана.

Ава осторожно подняла крышку. Внутри, среди оборванных струн, лежал дневник в кожаном переплете. Первая страница дневника дрожала в ее руках:

"Сегодня Фелпс сказал, что мой брат должен выбрать — моя карьера или его принципы. Джейкоб не знает, что я это слышала…"