Книга Нити судьбы, страница 92 – Виктория Рэй

— Прости. — Хрипло говорю, на что мужчина отпускает мою руку, отходя назад.

— Прости? Ты, что, издеваешься надо мной? — Смотрю в пол, не желая встречаться с ним взглядом. — Ты не хочешь говорить, потому что у тебя есть парень, который это сделал, когда драл тебя? — Его слова были такими резкими, что я подняла голову, а в груди больно сжалось сердце.

— Я... да ты... — Не могу подобрать нужных слов, словарный запас будто закончился. Я ведь могу сейчас все рассказать ему, но почему-то и слова не могу выдавить из себя.

— Что я, что ты? Ты можешь говорить разумно? А я то думаю, почему ты так старательно прячешь свои руки, почему же ты так много нанесла на себя этой косметики. Что ты скрываешь? Скажи, что у тебя кто-то есть, и я уйду. Давай, будь смелее! — Я ничего не говорю, подхожу к нему и со всей силы бью его по щеке, отчего ладонь начала гореть, а Даниель приложил свою руку к щеке. Мои глаза застилала пелена слез, ведь мне было обидно от того, что он свел это в одну сторону.

— Это было больно. — Тихо говорю я. Даниель повернул ко мне голову, прищурив глаза лишь на мгновение. — Он душил меня, кидал как куклу. Я плакала, и просила о пощаде, но он твердил только о мести. Пригрозил, что если скажу кому-либо, то он убьет тебя или меня. Я улыбалась через боль, когда ты обнимал меня, придумала историю о давно умершем дяде, а ты говоришь о любовнике, когда я все это терпела. — У меня не было сил кричать, поэтому говорила я тихо и спокойно. Даниель все еще злился, и схватив меня за плечи, он встряхнул меня, из-за чего я посмотрела в его еще темный взгляд.

— Зачем ты это скрыла от меня? Могла все рассказать мне. Ты понимаешь, что он делает как крыса; когда меня нет рядом, он причиняет тебе боль. Мы ведь договорились, что любая ситуация касающаяся этой истории, будет рассказана друг другу. — Он продолжал сжимать мои плечи, и осознание того, что мне не будет пощады, смирилась с этой участью.

— Но он пригрозил...

— Он блефует, поверь. Такой, как Максим умеет лишь языком трепать. — Даниель отпускает меня, делая шаг назад, и снова проведя ладонью по волосам. Он еще раз взглянул на меня, после чего снял халат с крючка и кинул мне. — Надень чертов халат. — Шипит мужчина. Быстро надеваю его, снова отпуская взгляд. — Не знаю теперь, как с этим быть. Ты сама недавно твердила о доверии, когда в то же время обманывала меня. Я то думал, что ты просто не готова подпустить меня к себе, а оказалось вон что. — Последнее он произносит шепотом, но я все равно слышу. Поднимаю взгляд, и делаю к нему несколько шагов, как он поднимает руку, создавая дистанцию. Смотрит на меня, качая головой. — Не подходи ко мне сейчас. — Второй раз его слова делают больно. Смотрю на него сквозь пелену слез.

— Даниель, ты делаешь мне больно. — Говорю, на что мужчина усмехнулся, скривив лицо в отвращении.

— Я не могу смотреть на тебя, не могу видеть этих следов на твоей шее, руках. Вот это больно, когда ты ничем не мог помочь, когда твоя... страдала. — Он не заканчивает предложение, но этого достаточно, чтобы понять, что между нами уже точно ничего не будет.

Капли слез падают с ресниц, скатываясь по щекам. Даниель не смотрит на меня, нахмурившись, он смотрел в стену перед собой.

— Ты хочешь сказать, что... — Не могу закончить предложение, закусив щеку изнутри. Даниель смотрит на меня, излучая ярость. Он сжимает скулы, как и кулаки.