Книга Нити судьбы, страница 135 – Виктория Рэй

— Ева. — Даниель прижимает меня к груди, поглаживая по волосам. — Что тебе снилось? — Но я не отвечала. Шок был сильнее разума, и я просто сидела как овощ, обмякшая к руках обеспокоенного мужчины. Я ощущала его поддержку, но мне было трудно ответить ему той же монетой, или хотя бы показать, как я дорожу таким вниманием.

— Я боялся этого больше всего. — Услышала я разговор Даниеля с Димой, когда хотела пойти на кухню ранним утром, чтобы заглушить жажду. — Она не говорит, толком ничего не ест, ночами кричит и плачет. Она так резко замкнулась в себе, и боюсь, что это из-за всех событий, что произошли в ее жизни. — Голос мужчины был поникшим, и казалось, что он хотел плакать.

— Думаю, стоит позвать психиатра, чтобы он побеседовал с ней, пока депрессия не захватила вею ее сущность. — Советует ему брат, и поджав губы, я выхожу из-за дверей, и прохожу к Даниелю, садясь на его колени. Мужчина удивленно взглянул на меня, но я просто обняла его, чтобы ощутить мужскую руку на своём хрупком плече.

— Ева моя. — Прошептал Даниель, утыкаясь лицом в изгиб моей шеи. — Ты хочешь покушать? — Спрашивает, на что я качаю головой. Уже несколько дней кусок в горло не лез, и на нервной почве я скинула килограммы, отчего ребра уже начинали выпирать, показывая ходячий мешок с костями.

— Ева. — Слышу голос Димы, но не поворачиваюсь, продолжая сидеть в объятьях своего мужчины. — Может быть ты поделишься с нами своими снами? Или придется пригласить специалиста. — Вновь качаю головой, не боясь никаких психологов, которые не помогут ничем, ведь то, что я пережила, они наврятли сотрут с моей памяти.

— Я уже пытался с ней говорить, но она будто не слышит. — Даниель крепче прижимает меня к себе. Я хотела рассказать все, но язык будто онемел, а перед глазами мелькали картинки со снов, слышала крик ребёнка, который с каждой минутой становился все тише и тише, а после вовсе умолкал. Оставаясь наедине с собой, огораживала себя о мира, и находилась в своём пузыре, вновь и вновь переживая моменты, которые засели в голове, и не сразу приходила в себя, когда Даниель возвращался в комнату.

Сны пришли неожиданно, и также неожиданно я ушла в себя, после первой ужасной ночи.

Мне было чертовски больно видеть Даниеля в таком подавленном состоянии, видеть то, что он ничего не может поделать с моим состоянием, а я корила себя за то, что не могла просто рассказать ему всю ситуацию.

Прошла ещё неделя. Даниель не отходил от меня, и уже принял решение вызвать специалиста.

— Это невыносимо. — Слышу ругань Даниеля. — Она совсем исхудала, на неё больно смотреть. — Что-то вдребезги разбивается, но я даже никак не реагирую, продолжая сидеть на кровати. — Нужно позвонить доктору, надеюсь, что он хоть как-то подействует на Еву, иначе я сойду с ума от ее молчания и постоянных криков по ночам. — Выходит из себя Даниель, после чего слышу захлопывание дверей, и тишину. По щекам стекают слёзы, которые я медленно вытираю. Почему иногда жизнь бывает такой жестокой?

На следующий день мужчина в костюме сидел около моей кровати. Положив ногу на ногу, он смотрел на меня поверх очков, держа в руках блокнот, пока я лежала на кровати, смотря в потолок. Даниель сидел с другой стороны, держа меня за руку.

— Сеньор Гарсиа, будет лучше, если вы сейчас оставите нас. — Говорит доктор.