Книга Его бывшая жена. Последний шанс, страница 91 – Ирина Шайлина

Звонил один из моих замов, Игорь. Самый давний, один из самых проверенных. Я нахмурился – работа как-то совсем отошла в сторону, о ней не думалось в эти дни.

— Тимофей, – начал он и в голосе его было сомнение. – Тут такое дело… Я даже не знаю, как сказать.

— Ну же, – поторопил я.

— Твоя Мира поехала к Лизе. Наверное, уже там. Мне сказала жена…

Я отбросил телефон и круто развернул автомобиль нарушая все мыслимые знаки, под вой клаксонов. Ехать до дома Лизы несколько минут. Подьезжая высматривал у подъезда машинку Миры, не увидел её и успокоился, но рано.

Увиденное выходило за грани разумного. Я ожидал чего угодно от новой Миры, но сейчас она удивила до охренения.

Мира сидела на Лизе, распластанной прямо на асфальте и что-то говорила склонившись к её лицу, удерживая руками её руки. А потом…потом закатила ей пощёчину.

Охреневать дальше не было времени, я бы не удивился, если бы эта новая Мира схватила Лизу за волосы и приложила головой об асфальт. Я выскочил из машины, бросился к Мире, обхватил её за талию и попытался отодрать от Лизы. Попытался именно потому, что она вцепилась в её пальто и слезать с поверженной не хотела. Пальто затрещало, я оторвал его кусок вместе со своей женой.

— Спасибо, Тим! – воскликнула Лиза, отползая в сторону. Затем села на асфальте и громко зарыдала, размазывая по щекам слезы, кровь и пыль. – Она чокнутая, эта Мира, я всегда это знала!

Я все ещё удерживал Миру, боясь, что она снова бросится в бой. Она тоже пострадала. На виске наливается синяк, там же порядочных размеров ссадина, из носа сочится кровь. Воительница.

— Зачем? – спросил я у Миры.

— Пять лет назад она затрахивала только меня. Теперь из-за неё страдает моя дочь. Этого я не потерплю. Если Лиза ещё раз приблизится к нам, ей уже никакой пластический хирург не поможет. Слышишь, Лиз? Будешь не только одинокая, но ещё и страшная.

Отбросила мою руку. Лиза все ещё рыдала. Я стоял. Я, черт побери, ни хрена не знал, что делать. Я понимал Миру. Лиза и меня достала и да, она не имела права приходить к зданию клиники, в которой моей дочери делают операцию, в больном состоянии. Поправка – ни в каком состоянии. Но блин, избиение…

Лиза, пошатываясь, поднялась на ноги. Мне нужно было помочь ей, но при мысли, что придётся её касаться, становилось противно. И гадко от того, что мне противно. Что годы дружбы и правда, просто просрались и нет ничего, и думаю я сейчас о том, что ссадину Миры надо обработать, не хватало нам к простуде ещё и столбняка.

Смотрю то на Миру, которая дышит тяжело, и не думая утереть кровь с лица, и если честно, выглядит пиздец как сексуально, то на Лизу. Один каблук у Лизы сломался в бою, она оступилась, едва не упав, портфель, который она успела подобрать с земли открылся и все содержимое высыпалось вниз.

Тюбик помады. Записная книжка. Томик зарубежного классика двадцатого века, книжка открылась показывая миру закладку из сложенного конфетного фантика. Фотографии.

На них Мира. Возле моего дома. Говорит с Михаилом. Улыбается кривой улыбкой. Затем… целует его. Не могу отвести от фотографий взгляда.

— Мне несла? – хрипло спрашиваю я.

Лиза молчит. Зато Мира…она смеётся. Громко, заразительно. Словно услышала самую весёлую в мире историю. Словно её дочь не оперировали вчера. Словно её лицо не разбито после драки. Словно она счастлива.