Книга Его бывшая жена. Последний шанс, страница 86 – Ирина Шайлина

Мира опустилась перед ней на колени, поцеловала её в обе щеки. Мне тоже хотелось, но касался я своей дочери обычно только когда нёс спящую. Все боялся нарушить её личное пространство, спугнуть. Поэтому сейчас ограничился тем, что погладил по беловолосой голове.

Нику увели и мы остались вдвоём в просторном холле. Я, Мира и огромная ухоженная пальма в углу. Имелся диванчик и пара кресел, стопка журналов на столике, на табличке услужливо написан пароль от интернета, но ничем из предложенного не было сил воспользоваться.

— Ну, – повернулась ко мне Мира. – Теперь можно и паниковать.

— Ты справишься, – снова напомнил я. – Ты сильная.

— В жопу силу, – отмахнулась Мира. – Я держусь только ради Ники. Теперь её нет рядом, я хочу кричать, плакать и рвать на себе волосы.

Улыбнулась грустно. Глаза красны из-за сдерживаемых слез. Я привлёк её к себе и обнял. С каждым разом обнимать её становилось все легче и проще.

— Сорок минут на каждый глазик, – тихо сказал я. – Минут десять на подготовку. Время на перевод в палату. Меньше чем через два часа хирург выйдет к нам и все расскажет. А пока пойдём курить. На улице весна.

Мира кивнула. Мы вышли из здания клиники. На улице и правда – весна. Солнце выглянуло, застучала капель с крыш, съеживаются, темнеют сугробы, асфальт радует обилием сухих участков. Весна это время жить.

— Прошло пять минут, – отметила Мира закуривая.

Здание клиники новое, ухоженное, перед ним небольшой сквер усаженный вечно зелёными туями. У лавки рядом урна с решёткой для сигарет – не мы первые здесь считаем минуты, выкуривая одну за другой.

— Уже семь, – отозвался я.

Наверное, Ника уже переоделась. Возможно, уже на операционном столе. Идёт подготовка к наркозу. Страшно ли ей там, моей дочери? Все на свете бы отдал, только бы была здорова и счастлива, жаль такого обмена вселенная мне не предложила.

— С новой сетчаткой Ника сможет больше гулять. Раньше солнечная весна была для нас испытанием. Теперь глаза будут менее чувствительны к свету.

— Вот пройдет восстановительный период и устроим пикник.

— Да…– кивнула Мира, не особо вслушиваясь в мои слова. – Я пойду куплю кофе и снова выйду, здесь легче сидеть. Тебе взять?

— Чёрный сладкий, – попросил я.

Она пошла обратно к клинике, я закрыл глаза, позволяя солнечным лучам ласкать моё лицо. Завтра все будет иначе. Легче и проще. Завтра можно будет радоваться солнцу.

Район расположения клиники был достаточно спокойным, и сейчас, когда утреннее пиковое время осталось позади, в сквере царила почти идеальная тишина. Когда на парковке зашуршали шины автомобиля я приоткрыл глаза, а затем обречённо застонал. Машина Лизы.

Глянул на двери клиники – там внутри Мира сражается с автоматом, покупая кофе. Я искренне, от души посоветовал автомату заглючить, я не хотел чтобы эти две женщины встречались. Поднялся и быстрым шагом пошёл на парковку. Распахнул водительскую дверь, склонился.

— Ты преследуешь меня, – сказал я. – Черт побери, Лиза, ты меня преследуешь.

— А как мне быть, – капризно скривила губы она. – Если ты просто выбросил меня из своей жизни, как использованную и ненужную больше вещь? Трубку не берёшь, на сообщения не отвечаешь, я внесена в чёрные списки твоей охраны, Тим. Так нельзя.

— Наверное, нельзя, – кивнул я. – Но ты понимаешь, что сейчас у моей дочери операция? Наверняка, если нарыла когда и где она проходит. Но тем не менее ты пришла. Ты не даёшь ни шанса на то, чтобы мы и дальше могли быть друзьями.