Книга Его бывшая жена. Последний шанс, страница 76 – Ирина Шайлина

Он курил. Стоял у своей машины, задумчиво разглядывая мою – я бросила её на улице. Высокий. Красивый. Нелюбимый совсем.

— Привет, – сухо бросил Миша.

— Привет, – ответила я.

— Он ещё не купил тебе новую машину?

— Миш, – как можно мягче произнесла я. – Тебя это все не касается. Ты зачем приехал.

Выбросил сигарету, затоптал ногой. Посмотрел мне в глаза долгим, тяжёлым взглядом, под которым было физически неуютно.

— Бросай все барахло, – начал он и я едва не отступила назад. – Бери документы, Нику. Сейчас же поедем в аэропорт и вылетим из страны. Там нас никто не найдёт. А если и найдёт, твой Бессонов ничего не сможет сделать.

— У Ники впереди операция.

— Хирурги за рубежом лучше!

Я не знала, что ему сказать, как донести уже. Столько лет тянулась эта история, и я никак не могла поставить в ней точку.

— Ника едва приняла один переезд. Ей сложно. Она только стала привыкать.

— Иногда думай не только о ребенке, Мира. Думай о себе, пожалуйста.

— Ах, о себе? – воскликнула я. – Тогда я скажу, чего я хочу. Я хочу, чтобы твоя любовь закончилась, Миша! Мне все эти годы стыдно, что из-за меня тебя чуть не убили. Я благодарна тебе за помощь. Но я не люблю тебя, Миша. Не люблю, не могу любить! Не хочу!

Он шагнул вперёд так резко, что я не успела отреагировать. Наклонился и поцеловал меня в губы. Я растерялась, рот приоткрыла, чем он воспользовался. Затем пришла в себя, стала отталкивать его, он был сильнее, я была вынуждена укусить его за губу.

— А так? – спросил он.

Дышит тяжело, в глазах муть и такая тоска звериная, хоть волком вой.

— И так не люблю, – тихо ответила я. – И никогда не буду.

Пошла обратно к подъезду. Плакать не стала, но на душе было погано. Поднималась в лифте, вытирала губы руками. Гадко. И грустно от того, что просто нельзя взять и полюбить по собственному желанию, тогда как любовь к Бессонову пришлось выкорчевывать из себя годами, так глубоко он корни пустил.

Ника смотрела на меня так серьёзно. Она все ещё не общалась со мной с той же лёгкостью, что и с матерью, но прогресс был, я радовался ему и боялся торопить ребёнка.

— Илюша придёт, – сообщила мне она.

Покосилась на дверь ванной, куда ушла Мира. Но мать не спешила возвращаться, и ребёнок вздохнул смирился с тем, что и дальше придётся разговаривать со мной.

— Это кто? – спросил я.

— Это мальчик из садика. Он хороший, но мне придётся водить его за ручку. Он скоро будет хорошо видеть, пока у него глазик заклеен. Операция была. И у меня скоро будет.

— Будет, – кивнул я. – Но сначала праздник.

Праздник уже завтра. Почему-то я волновался, словно дворянская девица перед первым выходом в свет. Я представлю всем свою дочь. И если кто-то хоть посмеет сказать, что она неполноценна я разобью ему морду. Да, Ника отличается от большинства, но это не значит, что она хуже них. Во мне горело страшное желание защитить дочь от всего, хотя Мира уже говорила – от всего защитить не получится. Иногда мир и обстоятельства гораздо сильнее твоих возможностей, пусть это и больно признавать.

— Мне нравится комната, – подумав, продолжила разговор Ника.

— Хочешь сходим, пока мама в ванной?

Ей хотелось, но и отходить от мамы далеко боязно. Несколько минут забавно сомневалась, прислушиваясь, раздадутся ли шаги мамы. Но она принимала ванную, а одной сидеть в комнате Нике было скучно.