Книга Его бывшая жена. Последний шанс, страница 61 – Ирина Шайлина

— Я победила ещё много лет назад, Лиза. Но я сомневаюсь в твоей полноценности, раз ты так и не сумела этого понять.

Её глаза полыхнули злостью. Стоило признать, что эта сучка красива, но это не вызывало во мне злости или зависти. Я бы всего Тимофея ей отдала, с потрохами, если бы это вернуло мне мою спокойную жизнь.

— Зря ты решила со мной воевать, – фыркнула она.

— Ты сама с собой воюешь. Мне на тебя плевать.

Ника крутила головой глядя то на меня, то на Лизу. Я взяла дочь за руку и повела к квартире. Отперла дверь. Открывая думала – если Лиза сейчас меня спровоцирует, я ударю её тяжёлой связкой ключей прямо по лицу. Без жалости.

Нику выпустила в квартиру первой. Обернулась. Лиза стоит прямо за мной, бесшумно, до жути тихо подошла.

— Я тебя уничтожу, – обещала она.

И сделала шаг, пытаясь войти в квартиру.

— Лиза, – сказала я максимально спокойно. – Ты прекрасно знаешь, что Тимофей не умеет прощать обид. Ты наговорила говна мне, да. Но если ты сейчас ворвешься в квартиру, я скажу Тимофею, что ты напугала мою дочь. Его дочь. Простит ли он тебя?

Красивое лицо скривила гримаса злости. Вот такой она больше походит на свое внутреннее содержание.

— Лучше сама уезжай, – бросила она.

Я захлопнула дверь. Сняла пуховик, бросила его на пол. Захотелось плакать. Зачем мне это? Столько лет прошло и опять в эту грязь, из которой пять лет назад сбежала. Тогда я была наивной, не понимала ни хрена. И Лиза, поначалу, мастерски скрывала свою ненависть. А я так хорошей старалась быть… Всем понравиться. Друзьям Тимофея, его родным. И все бесполезно. Слишком поздно поняла, что Лиза своим авторитетом просто рушит все мои усилия. Никто не хотел с ней сражаться. Все ей верили, даже Тимофей.

— Она злая? – спросила Ника, возвращая меня в реальность.

Шапку уже стянула, вспотеть успела, тонкие белые волосики прилипли ко лбу. Я потянулась к ней, расстегивая на ней куртку.

— Не бывает просто злых или хороших, – вздохнула я.

— Но ты хорошая, – возразила Ника.

— Я для тебя хорошая. А вот для этой Лизы я плохая. Так же и она, для кого-то очень хорошая, а меня не любит.

— А я?

— Она просто не знает, насколько ты замечательная. – Ника улыбнулась и прижалась ко мне, я погладила её по спине и тихо сказала, – только никогда, Ника, никогда не пытайся быть хорошей для кого-то, понравиться. Никто этого не ценит. Будь собой, ты у меня и так лучше всех.

Ника кивнула. Обед можно было не готовить, мы и так перекусили, пока гуляли. Я готовила дочку ко сну и все время прислушивалась к тому, что происходит в квартире. Я боялась. Боялась того, что она вернётся. Что попытается ворваться.

И я знала, что Лиза будет возвращаться в мою жизнь раз за разом, отравляя её. И я не знала, как оградить от этого свою дочь. Пытаться открыть глаза Тимофею? Бесполезно, они все свои приоритеты наглядно продемонстрировал ещё пять лет назад.

— Я люблю тебя, – сказала Ника, устраиваясь спать. – Всё будет хорошо, ты только не грусти.

— Конечно, – улыбнулась я. – Главное, что мы рядом.

А себе сказала – нужно быть сильной. Реветь снова хочется, но я не буду плакать из-за Лизы. Слишком много чести. Я стала взрослее и умнее. И сильнее стану, ради Ники.

В то первое утро, после нашего разговора они спали. Я остановился у двери их комнаты, прислушиваясь, словно пытаясь уловить отголоски их дыхания. Мы договорились, как можно больше времени проводить вместе, но я не стал никого будить. Жаль. Пусть спят.