Книга Толстушка для бывшего-босса, страница 4 – Рина Фиори

Презентабельно?!

— Правда? – поворачиваюсь к Леночке. – А ты разве эксперт по тканям и крою, Леночка? Или ты теперь у нас консультант по всем вопросам, начиная от бухгалтерии и заканчивая длиной юбок?

— Ну, – Леночка пожимает плечами. – Я просто стараюсь быть полезной Леониду Альбертовичу.

— Полезной? – у меня уже не просто глаз, у меня все лицо дергается. – Полезной тем, что позволяешь ему щупать твой воротничок? Это что за новый вид полезности такой?

Леонид хватается за голову.

— Стеша, пойдем поговорим в моем кабинете, – предлагает муж. – Здесь много людей.

— А в твоем кабинете меньше? – взрываюсь, словно атомная бомба. – Или ты думаешь, что там я не увижу подвох?

В холле повисает гнетущая тишина. Охранник дядя Петя, который все это время делал вид, что читает газету, роняет зубочистку на пол и начинает заикаться.

Леночка стоит, как нашкодившая кошка, но при этом смотрит на меня с жалостью.

А Леонид… Леонид просто покраснел, как спелая свекла.

— Стефания! – рычит благоверный и, наконец, хватает меня за руку. – Ты сейчас же пойдешь со мной!

— Не трогай меня! – вырываюсь снова.

Случайно задеваю ближайший вазон с пальмой. Пальма с грохотом падает, увлекая за собой стойку с рекламными буклетами.

— Я с тобой никуда не пойду! И вообще, я увольняюсь! И пальма мне эта никогда не нравилась!

Разворачиваюсь и гордо выхожу из «Успех-Холдинга», стараясь не оборачиваться, чтобы не увидеть, как дядя Петя поднимает пальму. С гордо поднятой головой, с трясущимися коленками и со слезами, готовыми брызнуть из-под накрашенных ресниц.

После этого я сорвалась. Поехала на вокзал, купила билет на первый попавшийся поезд и уехала в эту… глушь. Подальше от всех этих модных воротничков, двусмысленных взглядов и предательских поправок.

А сейчас он стоит тут, передо мной, в своем грязном костюме, и клянется в любви. Как же это все… нелепо и немного даже трогательно.

— Так значит, все из-за этого странного поправления воротничка? – спрашивает Леонид, все еще пребывая в шоке после «откровения».

— Не только, Лео, – отвечаю неохотно. – Дело не в этом конкретном воротничке, а в том, что ты перестал меня… видеть и ценить то, что у меня есть. Ты перестал замечать, что я не только отличный работник, но и… женщина! А ты смотришь только на тех, кто мельче меня в талии.

— Неправда, – сухо цедит муж.

— Ладно. Скажи мне только честно, глядя в глаза: у тебя с этой Леной что-нибудь было?

Леонид молчит. Смотрит куда-то вбок, на пролетающую мимо муху, на свои грязные ботинки, на что угодно, лишь бы не смотреть на меня. Молчание затягивается, становится тягучим, как старый мед.

— Было, – тихо произносит, наконец.

Глава 3

Внутри меня все обрывается. Мир качнулся, и я, кажется, вот-вот потеряю равновесие. Нет, нет, этого не может быть. Я ждала, муж скажет «нет».

А теперь…

Воздух вокруг сгущается, становится трудно дышать.

Мужчина тоже тяжело вздыхает и отводит взгляд.

— Я… Я не знаю, как это объяснить, – говорит, запинаясь. – Это сложно.

Сложно? Да что тут может быть сложного? Он либо спал с ней, либо нет.

— Что именно было? – требую напористо.

Голос дрожит, но я стараюсь держаться.

Он долго молчит, словно собирается с духом.

— Однажды… – наконец, выдавливает из себя. – Лена принесла мне кофе. И, понимаешь, она перепутала сахар с солью. Я выпил почти полчашки, прежде чем понял! Просто не хотел ее обижать. Ну, дурак, да.