Книга (не) Любимый сосед, страница 92 – Анастасия Петрова

Матвея все еще трясет, меня тоже подкидывают волны паники. Но где-то в глубине души я испытываю радость, что Лика все придумала. Не будет у них общего ребенка. У него только со мной будет малыш. Он только мой. Самый любимый на свете мужчина.

3 месяца спустя.

— Мне не нравится это платье!

— Машка, да ты чего! Ты в нем как принцесса!

Ксюша гладит меня по оголенному плечу, успокаивая. Мы уже третий час выбираем свадебное платье, мне вообще ничего не нравится. Ощущение, что я бегемот. Еще и соленого наелась на ночь… Опухшая вся.

— А я не хочу, как принцесса. Я элегантное что-то хотела… А получилось как баба на чайнике.

— Так, стоп! Отбой истерики. Мы можем померить что-то другое.

— Мне если честно ничего вообще не нравится.

— Это все нервы, Машуль. Я понимаю, что у Мота суд. Но все будет хорошо. Твоя же мама такого большого человека попросила о помощи.

Наверно поехать выбирать платье пока у Матвея идет судебное заседание — было ужасной идеей. Но он сам запретил мне приходить. Находиться даже рядом. Боится, что я нервничать начну, паниковать.

А мне здесь, на расстоянии от него тоже все не радужно. И паника никуда не делась.

Я стала зависима от этого мужчины, причем очень сильно. В первый раз, когда он уехал в соседнюю область на поиски на три дня, я сходила с ума. Все дела, которые так увлекали меня раньше, больше не приносили удовольствия.

Беременность протекает тяжело. Малыш высасывает у меня все силы и энергию. Вечный токсикоз, отказ от еды. Я просто запихиваю в себя внутрь еду, чтобы его как-то кормить. А под вечер могу съесть что-то очень соленое. Организм требует.

Оказывается у меня с малышом резус-конфликт. У меня положительная группа крови, а у малыша отрицательная, как и у Мота. И вот он из меня просто высасывает все силы.

Я наблюдаюсь у врача, выполняю все рекомендации. Матвей от меня вообще не отходит, но я понимаю, что не могу его держать все время рядом. Ему очень нравится работа, да и мы затеяли ремонт…

— Меня тошнит.

Бегу в сторону уборной, собирая подол этого ужасного платья.

— Машуль, ну нельзя так нервничать, — Ксюша помогает собрать волосы.

— Это все Денис Матвеевич.

Глажу живот рукой. Я так сильно люблю этого ребенка, что безумно боюсь его потерять. И каждый раз ругаю себя за то, что даю слабину. Ему очень нужна сильная мама.

Просто Мот меня разбаловал! Все ножки целует, да на руках носит… Так же и привыкнуть можно.

— Никита звонит.

Ксюха достает из сумочки телефон. Сердце тут же начинает бешено стучать. Никита сейчас там, на суде. И от его звонка зависит, как мне кажется, моя жизнь. Либо он передаст хорошие новости, либо…

Ксюха внимательно слушает собеседника, кивает. По ее лицу ничего непонятно. Тошнота снова начинает подкатывать, и я возвращаюсь к неприятному занятию.

— Машулик, — теплая женская ладонь ложится между лопаток, я замираю в ожидании, — Его оправдали.

— Что?

Ничего не понимаю.

— Все хорошо, подружка. Мота полностью оправдали. Сняли все обвинения.

В эту же секунду сердце пропускает удар. Словно камень с плеч падает, даже тошнота проходит, а малыш в животе успокаивается. Слезы срываются вниз по щекам.

Да! У моего Мота все будет хорошо теперь! У нас все будет хорошо!

Бегу обратно в примерочную, по пути снимая с себя платье. Ксюша, смеясь, пытается меня догнать. Быстро переодеваюсь.