Книга (не) Любимый сосед, страница 34 – Анастасия Петрова

Движения нежные и ласковые, словно хочу погрузиться в его мир и стать его частью. Я контролирую каждое движение, каждую секунду этого путешествия, ведя нас обоих к вершинам блаженства. Он сидит передо мной, безмолвно, предаваясь моим прикосновениям и разрешая мне все, что взбредет в голову. Его руки обхватывают мои бедра, поддерживая меня в этом танце страсти, словно хочет показать, что он готов удовлетворить каждое мое желание. И что ему нравится. А я улетаю, меня уже здесь нет.

Мы сливаемся в одно, две души, плывущие на волнах похоти. Мои губы находят его губы, и мы целуемся страстно и безудержно, словно хотим погрузиться друг в друга до самых глубин. В этой позе сверху я чувствую себя королевой момента. Я воплощение женственности и красоты, и он видит это в моих глазах. Моя страсть разгорается огнем, который невозможно потушить.

— Я на подходе, — стону ему в рот.

— Я тебя жду, колючка, — закусывает нежную кожу на ключице, — Давай вместе.

Матвей берет инициативу в свои руки, наращивая темп, я кричу, не стесняясь своего удовольствия. Секунда и тело взрывается. Пытаюсь рукой опереться за что-то устойчивое, но промахнувшись, падаю вниз. Матвей ловит меня, прижимая к себе. Кожа к коже, я слышу стук его сердца. Оно стучит очень быстро, гоняя кровь по горячему телу.

Матвей снимает презерватив, завязывает его, и одним броском попадает в урну. У него все так хорошо получается?

Смотрю на него, отмечая ссадины и кровоподтеки. Сердце сжимается.

— Это было прекрасно, — провожу по короткому ежику волос рукой.

— Нет, — он усмехается, качая головой, — Это было крышесносно. Забираю свои слова про робота обратно.

— Хм, ну это очевидно, что я горячая штучка, — шучу. Он смеется хрипло.

— Сто процентов. Ты же понимаешь, что у нас еще куча мест в квартире, где нам стоит заняться сексом?

— Да, например, в душе? Ты намылишь мою попку и возьмешь сзади, — начинаю фантазировать, снова возбуждаясь.

И кто придумал ту ересь, что женщинам секс нужен меньше, чем мужчинам. Ерунда полнейшая. Я не хочу, чтобы он выпускал меня из рук ни на секунду.

— Ты еще та хулиганка, рыжик, — его голубые глаза насмешливо смотрят на меня. Он так близко сейчас, обнажен не только телом, но и душой.

— Мот, — мне почему-то хочется к нему обратиться как это делает Лиза, так по-родному, — Кто тебя так разукрасил вчера?

Провожу указательным пальцем по брови, ощущая запекшуюся кровь и корочку.

— Я же сказал, что упал.

— А честно? — не верю я, что можно так упасть. Тут четкие выверенные удары.

— Просто пытался научить уму разуму одного придурка. Он пытался ответить. Ничего криминального, — берет в руку прядь моих волос и рассматривает, — Это же настоящий твой цвет?

— Да.

— Никогда не встречал рыжих. Прикинь, за тридцать пять лет ни одной рыжей девчонки в моей постели.

— Значит, я у тебя первая в каком-то смысле? — мне греет душу осознание того, что ему это нравится.

— Получается, что так, Машка, — целует в плечико.

Я понимаю, что он уходит от ответа о случившемся вчера. Но я была бы не я, если бы не стала выпытывать. Мне нужно, чтобы он открывался мне. Не боялся быть откровенным, стал доверять.

— Мот, — протягиваю букву "о", — Ну давай, поделись же. Кто тебя так уделал?

Его возмущает, что я считаю его проигравшем в этой битве. Но я ведь специально нажимаю на этот рычаг, чтобы раззадорить соседа.