Книга Недетские забавы, страница 68 – Анастасия Петрова

Выхожу из машины, навстречу бежит Кингстон, запрыгивая на меня и облизывая с ног до головы.

Сердце тут же сжимается, и перед глазами встает картина окровавленного тела Блейда. Я сглатываю комок горечи, и в немом вопросе поворачиваюсь в сторону Павла, смотря на него. Он понимает, чего я хочу от него.

— Алис, мне жаль, его не удалось спасти, — пытается сделать шаг в мою сторону.

Я протягиваю руку вперед, останавливая его, отчего он тут же тормозит. Кингстон продолжает радостно вилять хвостом и крутиться вокруг. Я не могу винить Пашу, но сердце рвет. Как ножом пырнули. Терять любимого питомца — сродни потери близкого человека. Он до последнего пытался меня защитить, а сам…

Смахиваю слезу, плакать буду позже. Сейчас мне нужно быть собранной, опасность повсюду — это я теперь знаю наверняка.

— Мы справимся со всем, маленькая, — Паша обнимает меня со спины, прижимая к себе. В кольце его рук и правда проще дышать, но боли от этого меньше не становится.

— Паш, — разворачиваюсь к нему лицом, кладя руки на его стальную грудь, — пообещай, что все будет хорошо!

— Обещаю, я сделаю все для тебя, — отвечает не раздумывая.

Дома принимаю горячий душ, намыливая тело три раза. Жаль смывать с себя запах Павла, но я ощущаю присутствие третьего лишнего. Замечаю синяк на внутренней стороне бедра, с сожалением сглатывая горечь и отчаяние.

Когда выхожу из душа, Паша сидит на кровати, ожидая меня. Босыми ногами ступая по ковру, подхожу ближе. Он тут же притягивает к себе, оставляя поцелуй в уголке губ.

— Переедешь ко мне в спальню? — спрашивает. Внутри ликую, что для него важен мой выбор, иначе бы он просто поставил перед фактом. С удовольствием отмечаю для себя, что он не такой диктатор, каким хочет казаться.

Постепенно будем снимать с тебя твои защитные маски, Паша.

— А мне можно подумать? — кокетливо смеюсь, проходя рукой по мощной шее пальчиками.

— Нет.

Захватывает рот в плен своих губ, я снова чувствую желание внутри. Так теперь будет всегда? Я всегда буду хотеть этого мужчину, находясь на грани? Стоит ему коснуться любого участка моего тела, я становлюсь мягкой и податливой. Как пластилин: бери и лепи, что хочешь.

Но понимаю, что хочу сначала поговорить. Теперь мне важно показать ему, что со мной нужно разговаривать. Чувства — это замечательно. Но без хорошей коммуникации мы не продвинемся далеко.

— Паш, — еле останавливаю его, когда он подхватывает меня под попу, — я хочу поговорить.

— Сейчас? — смотрит с недоверием.

Киваю. Максимально серьезное лицо, кажется, даже тело становится более прохладным. Не то, что минуту назад, когда оно горело.

— Ладно. Твоя взяла, — он поднимает руки вверх, отпуская меня.

Сажусь на край кровати, как бедная родственница. Паша же залезает с ногами, заняв больше половины матраса. Хватает тут же за руку и устраивает меня сбоку, крепко обнимая.

— И куда делась моя смелая девочка?

— Я тут, только не распускай руки. Мне правда необходимо поговорить с тобой.

— Хорошо. Задавай свои вопросы, — недовольно вздыхает, но все же соглашается.

— Кто такой Ткач? — задаю самый интересующий вопрос.

— Владеет заводом, я хотел купить его, но мы не договорились, — скупо выдает информацию.

— А более развернуто?

— Спроси конкретнее, Алис, что тебя интересует, — он понимает, к чему я веду, но дает мне право вести диалог.