Книга Недетские забавы, страница 6 – Анастасия Петрова

Уже припарковавшись у дома, выключаю двигатель машины и решаю просто посидеть в тишине, чтобы понять свои чувства. Они действительно разные. Павел напоминает мне о детстве, о несчастливом времени потери близкого человека и жизни в детдоме. Те воспоминания, которые я тщательно прячу глубоко внутри себя и не даю им повода выйти, на самом деле помню каждый божий день, проведенный в детдоме. Помню, но не вспоминаю.

За первый год жизни в приемной семье, к слову, с которой мне безумно повезло, я начала медленно приходить в себя. Мама Катя водила меня к психологу, где мной действительно занимались. Через полгода я начала произносить односложные предложения. Еще позже — более сложные речевые конструкции.

В обычную школу меня не брали, поэтому я была на домашнем обучении. Мама Катя занималась со мной каждый день, вкладывая в меня знания и даря огромное количество любви и ласки. Чтобы отогреть мое сердце.

Я никогда не спрашиваю у приемных родителей, почему из большого количества детей, они взяли меня, девочку с дефектом. Кажется, что если я спрошу, то услышу слова жалости. А мне так не хочется жалеть себя, хочется быть сильной.

В порыве благодарности и любви я набираю номер мамы:

— Алиса, детка, как же я рада, что ты позвонила! Как твои дела? В гости когда приедешь?

— Привет! Я хотела на той неделе заехать, но навалилась куча дел. Обещаю, что завтра вечером буду у вас.

— Отлично, солнышко. Мы с папой ужасно соскучились. Он, кстати, наконец-то починил старый карниз в твоей комнате, что висел на соплях. А еще мы купили Блейду новую лежанку и миску. Он тоже скучает…

Я улыбаюсь, представляя как папа Витя вешает карниз под командный голос этой чудо-женщины, а под ногами мешается мой Блейд.

Блейд — дворовый пес. Я его притащила домой в шестнадцать лет. Он казался одиноким и таким же разбитым, как и я. В глазах этой умной и бездомной собаки я нашла понимание. Мы были нужны друг другу. Блейд, вкупе с приемными родителями, растопил мое сердце. Он постоянно крутился хвостиком вокруг меня. Лаял на всех, кто косо смотрел в нашу сторону. Защищал даже от бабулек на скамейке.

Но пришло время съезжать от родителей к Леше, Блейд не принял его. Первую неделю он жил с нами. Леша его не обижал и покупал всякие игрушки. Но псу было плевать. Он рвал одежду мужчины, грыз обувь и мочился в нее. В общем и целом — вел себя не как взрослый и воспитанный пес, каким он являлся. Пришлось привезти питомца обратно к родителям. Но я до сих пор испытываю вину перед ним, словно бросила его и променяла на другого.

— Мам, я заеду завтра. Железно.

— Хорошо, дорогая. Я приготовлю твой любимый абрикосовый пирог. До встречи!

Дома стоит тишина. Скорее всего Леша задерживается на работе или находится в спортзале. Это радует. На данный момент у меня совершенно нет ресурсов рассказывать, как прошел этот чертовски сложный день. А Алексей точно спросит…

Пока я варила гречку и напевала себе под нос мелодию, которую слышу с утра по радио уже вторую неделю, в соседней комнате на тумбе разрывается телефон. Кто-то настойчиво пытается дозвониться до моей скромной натуры.

— Слушаю, — обычно я не беру неизвестные номера, но тут два пропущенных, явно кто-то рвется в диалог.

— Я думал, вы сдохли, — от знакомого голоса идет пот по спине и начинают дрожать руки.