Книга Недетские забавы, страница 53 – Анастасия Петрова

Жду ответа, но Павел не торопится изъясняться. Да и никогда он не любил посвящать меня в свои дела.

— Я все еще твой адвокат, мне важно знать, — нажимаю на него. Он саркастически усмехается и складывает руки на груди. Злится.

— Уже нет! — отрезает, но получается чуть более эмоционально, не свойственно ему. — Закончились игры, Алис. Теперь ты просто моя женщина, никаких адвокатских игр, Мишуровых и Минаевых. Дальше я сам разберусь.

В шоке смотрю на него, как ловко он все решил. Решил всю мою судьбу без меня. А я уж на секунду подумала, что он умеет давать право выбора, хотя бы мнимое.

— А меня спрашивать не нужно? — начинаю злиться. — Ах, ну да, конечно! Зачем мнение какой-то девки, да?

Откидываю одеяло на пол, пытаюсь встать, ногу простреливает, я шиплю от боли, но продолжаю упрямиться.

— Ты такая дура, Дворецкая! — Федулов взрывается. — Я чуть сам тут не откинулся, пока врачи тебя доставали с того света. Я первый раз, нахуй, схожу с ума из-за бабы настолько сильно, что теряю разум. Все кишки мне вывернула. Выкинуть тебя пытаюсь каждый гребаный раз, а когда тебя рядом не оказывается — я вою от тоски. Я не ебу, что ты сделала, ведьма, но и без тебя мне уже никак.

Вся эта откровенность максимально сбивает с толку, смотрю, как Павел мечется из угла в угол. Он нервничает, теряет контроль над ситуацией. Его трясет. От страха. От страха потерять меня.

В глубине души я что-то чувствую к нему, это пугает и будоражит одновременно. Пугает то, что я стала уязвима рядом с ним, с врагом. Будоражит то, что ранее таких эмоций я не испытывала никогда. Меня саму рвет на атомы рядом с ним. Хочу его, и сильные руки, губы. Хочу иметь право прикасаться к нему, целовать его. Понимаю, что он самый лучший и худший мужчина в моей жизни. Вот такая драма у нас складывается.

— Я испугалась за тебя, когда ты был под мушкой, — признаюсь ему.

— Я не знаю, как долго ты будешь отрицать, что у тебя есть чувства ко мне, Алис, — устало вздыхает. — Но я буду ждать.

Протягиваю руку к нему, он медлит и не подходит. Зову его, махнув кистью руки, он двигается в мою сторону, как хищник. Глаза горят. Я запускаю пальцы в его волосы, перебирая гладкую кожу на затылке, целую щетинистую скулу.

— Паш, я не хочу ничего делать и решать. Не хочу больше никуда бежать, — сдаюсь.

Решаю, что пусть все плывет по течению. Пускай я буду делать ровно то, что хочу. Не оглядываясь на страхи прошлого, позволяя себе быть плохой.

— Я не смогу тебя отпустить уже, — он целует меня.

Я стону, когда его губы касаются моих, язык врывается в мой рот, совершая немыслимые вещи. Просто растворяюсь в пространстве и времени, тело дрожит, боль в ноге уходит на второй план. Даже не замечаю ее. Руки трясутся, пытаюсь их успокоить, но Павел просто берет мои ладони в свой захват и не отпускает. Я как голодная львица кусаю губы мужчины.

— Если мы не остановимся, то я трахну тебя прямо здесь, на больничной койке, — он отрывается от меня.

— Хочу, — мной уже руководят немыслимые страсть и похоть. Никогда я ранее не испытывала такого. Абсолютная потеря контроля.

— Нет, еще слишком рано для таких нагрузок, — он останавливает нас. — Я не могу так рисковать тобой.

Ого. Теперь, видимо, мы поменялись ролями, где он рационален, а я полностью теряю рассудок. Разочарованно дую губы, но понимаю, что он прав. Все будет, у нас с ним все будет. Осталось только решить вопрос с Алексеем. Я должна быть честна до конца.