Книга В поисках солнца, страница 126 – Мария Берестова

Хозяйка неожиданному помощнику крайне обрадовалась — по мелкому хозяйству ей помогали дети, а вот взрослые мужские дела порой скапливались, поскольку супруг-рыбак с раннего утра и до обеда, а также с вечера и до заката пропадал на своём промысле, а ночью и днём пытался кое-как выспаться, и до дома у него руки не доходили.

Дерек, весело напевая себе под нос, прибил, где просили, поправил, что перекосило, перетащил какую-то бочку — тут пришлось попотеть и проявить предельную смекалку — и даже подпёр новыми надёжными опорами забор. Хозяйка в восторге охала и подсовывала пирожки, а старший сын — шестилетка — с самым серьёзным выражением лица пытался помогать, но больше мешал.

Глава семьи вернулся с промысла к обеду, но обеда как раз и не получил: раздухарившаяся супруга погнала Дерека на чердак, и он теперь исправно таскал оттуда какие-то старые котелки, а убирал сломанные ухваты и другую утварь, которую можно было бы починить, но всё руки не доходят. Разбор старой-новой посуды (какую-то на чердак закинули ещё далёкие предки) так увлёк хозяйку, что она совершенно забыла о времени.

— Что ещё такое? — недовольно прогудел хозяин, сдавая жене улов — его планировалось прокоптить и отправить на продажу в Фанью.

Прихватив рыбу, хозяйка словоохотливо принялась делиться своими радостями — не замечая, что у супруга её вдохновенный монолог находит самый негативный отклик.

Он, конечно, помнил, что его уже шесть раз просили поправить ставень, третий день непрестанно напоминают про бочку, а про посуду на чердаке начинают вздыхать сезонно, каждый раз по весне и два раза — по осени. И у него, безусловно, были веские причины откладывать всё это — но тем неприятнее было понимать, что какой-то чужак тут за одно утро навёл свои порядки.

Уловив мрачный взгляд хозяина, Дерек незамедлительно скатился с лесенки, по которой лазил на чердак, и в своей живой обаятельной манере принялся за удивительную повесть о том, как на этом самом чердаке обнаружилось ласточкино гнездо и — подумать только! — пусть и совсем древняя, но полностью рабочая прялка.

Улыбчивая физиономия смазливого чужака, который шарится по его чердакам, хозяина не вдохновила, но срывать злость на госте, который платит за постой, было опрометчиво, поэтому под горячую руку попала жена:

— Сэнь, где щи?! — высказал свою основную претензию голодный и злой муж.

Та ахнула и прижала ладони к покрасневшим щекам: про то, что планировалось сварить прекрасные зелёные щи, она совершенно забыла.

— Я сейчас… пирогов… — пробормотала она и дёрнулась в сторону кухонного угла.

Супруг перехватил её за локоть жестом весьма грубым и принялся доходчивого втолковывать — в основном матом — что пироги щам не замена.

Дети привычно попрятались по углам, жена сжималась и никла, а Дерек стоял в растерянности и не знал, что предпринять, чувствуя себя безмерно виноватым.

— Господин Мертар, — попытался он спокойным жестом и тоном отвлечь внимание распалившегося рыбака от супруги, — это целиком и полностью моя вина…

Тот обернулся и посмотрел на гостя взглядом настолько звериным, что Дерек аж тревожно сглотнул, внезапно заподозрив, что его сейчас будут бить.

Растерянно захлопав ресницами, он тщетно пытался придумать в своей голове, как разрешить конфликт относительно мирно — но беда была в том, что он не очень-то уловил, в чём, вообще, суть конфликта.