Книга Букет фрезий, страница 62 – Елена Елина

Странное ощущение. Я видел Лену и не воспринимал, что это она, это просто не может быть она. Мой разум отказывался считать происходящее на экране правдой, такая правда была не нужна мне, лишней. Это актриса, очень похожая на мою любимую. Иначе не может быть. Я так хочу. И смотреть не буду. Не было этого. Надо выбросить, вычеркнуть, аннулировать. Дальше смотреть не стал, вытащив флешку, кинул ее в стакан с коньяком. Жаль кислоты нет, вытравить эту мерзость.

Примерно через полчаса, я начал волноваться.

— Как ты? — я тихонько постучал в дверь ванной.

— Нормально, — отозвалась любимая. Только вот голос говорил совсем о другом, и я решительно зашел в ванную.

Все небольшое помещение заволокло паром. Я дотронулся до воды и отдернул руку — из душа лился кипяток! А Лена, словно этого не замечала: сидела внизу, обхватив колени руками и только тихонько покачивалась, что-то шепча.

— Я грязная, — удалось разобрать мне.

Я урегулировал воду, промыл длинные волосы любимой, намылив губку, аккуратно прошелся по телу. Смыв мыло, выключил воду. Завернув Елену в большой халат, унес на кровать. Девушка ни на что не реагировала, словно не замечая. Я устроился рядом, притянув ее к себе, согревая и успокаивая. Елена свернулась в комок, повернулась спиной и попыталась отодвинуться на дальний край, но я не позволил, крепче прижимая к себе и тихонько чепча:

— Ты не виновата. Он тебя заставил. И он за это поплатится. Постарайся забыть.

Несколько дней я жила, словно механическая кукла. Ела, спала, говорила, но при этом абсолютно ничего не чувствовала. Когда Руслан снова уехал жить на базу, честно говоря, я даже обрадовалась. Мне и в глаза-то ему было боязно смотреть — не хотела видеть там презрение, жалость, или даже ненависть. Он ведь видел запись на флешке. Ночью я старательно отодвигалась на другую сторону кровати, но утром просыпалась тесно прижатой к мужу.

Но побыть в одиночестве и насладиться болью мне не дали. Ольга, вернувшаяся с отдыха, ворвалась ко мне в квартиру, шурша пакетами с горящими от счастья глазами. Мы проболтали почти всю ночь. Я с коньяком, а подруга с соком. Все таки, она в положении, ей нельзя. Итогом этой беседы стал поход к психологу. Я поняла, что самостоятельно не смогу выбраться из той трясины, куда загнала себя сама. Руслан тоже сходил со мной на пару сеансов. Мне очень повезло попасть к настоящему профессионалу. Я уже не дергалась от прикосновений Руслана, правда, на настоящую близость решиться не могла. Муж меня не торопил, и я была ему за это очень благодарна. Через неделю я смогла выйти на работу.

Пока просматривала текущие дела, в мой кабинет заглянула Ева, наш секретарь.

— Ой, Елена, а у нас тут такое творится!

Да, если хочешь знать последние новости, надо просто спросить у Евы.

— И что происходит?

— Помните, у Семен Семеныча помощник был? Глеб?

Я замерла. Хотелось кричать, что и слышать это имя не хочу, и мне с трудом удалось взять себя в руки.

— Так он пьяным, без документов, пешехода сбил, — затараторила Ева, а я постаралась натянуть маску невозмутимости. — Его арестовали и в КПЗ. А там кто-то слух пустил, что он-маньяк-педофил. А его соседи по камере оказались блатными с понятиями, в общем, говорят, отымели его везде куда можно. А на ягодице наколку сделали. Потом, правда, выяснилось, что ошибка вышла. Только дело-то уже сделано. А народ говорит, что это Глеба наказали за что-то.