Книга Любовь. Измена. Развод, страница 62 – Мария Высоцкая

— Да я тебя, — повышаю голос, игнорируя сидящих вокруг людей.

Князев, аристократ фигов, вытирает рот салфеткой и бросает ее в тарелку.

— Задницу к стулу прижми и послушай, — улыбается, а в глазах черти пляшут. — Если откроешь рот или я замечу хоть какие-то поползновения с твоей стороны в мою, они тебя закопают. Все, — бросает на стол папку.

— Что это?

Открываю. Листаю.

— Узнаешь людей, Илья? Это все, кого ты на бабки кинул. А потом прикрылся Снегуром. Так вот, если кто-то из них узнает, что Евгений Андреевич тебя больше не протежирует, — ухмыляется, — они с тебя заживо шкуру сдерут до того, как ты успеешь свалить за бугор.

— Когда?

Быстро просчитываю в голове, когда он успел, и почему я не заметил. Не почувствовал подвох.

— Ты слишком много говорил. Слишком сильно увлекся своими бабами. Одна для души, другая для тела. С одной ребенок, другая богиня, — припоминает все мои пьяные рассказы. — Голова должна оставаться холодной.

— Это же ты…

Только сейчас доходит, откуда Надька узнала про больницу, где столкнулась со Светой. Откуда она вечно все знала. Вспоминаю, как до тошноты мило Миша всегда себя с ней вел. А эта дура велась.

Только сейчас понимаю, что все эти долгие дружеские разговоры с Мишаней были просто его многоходовкой. Он меня обрабатывал, нес какую-то дичь про ребенка, как это прекрасно. Давил на то, что я захочу, а Светка не родит, на то, что Надька удобная, она сама воспитает, а главное, будет от меня зависеть.

Ставил в пример свою семью, в которой его жена и слово ему против сказать не может. Говорил, что я дал Светке слишком много прав и свободы.

Убеждал, что Светка без меня никто, и мне это льстило. Льстило, блин!

У меня тогда такой ад в башке творился, что мозги периодически отключались.

Именно тогда Миша кинул намек, что можно подвинуть Снегура, для которого я всегда был пешкой. Все это происходило в течение последнего года.

Князев уже тогда выводил меня из игры. Пользовался моими личными проблемами.

— Ну ты и…

— Бизнес, Антипов, и ничего личного. Ты мне мешаешь. Я не хочу конфликта с Евгением.

— Тебе?

Все ясно. Мишаня решил вывести своего тестя, который крепко держит его за причинное место, из игры.

— То есть твой дрогой тесть — Юрий Николаевич не в курсе? Не боишься, что я поделюсь с ним этой ценной информацией?

— Не думаю.

— Откуда такая уверенность?

— Оттуда, что я в курсе, почему ты попросил Снегура отпустить тебя в свободное плавание.

Тварь.

— Ты же тогда думал, что его посадят, а ты сможешь прибрать себе кусок его бизнеса. Вы же там уже все поделили. Но не вышло, да? Что там произошло? Продажных стражей порядка самих определили в места не столь отдаленные? Схема была хорошая. Ты бы разыгрывал адвоката, примчался бы даже тогда, когда фактически бы на него не работал. А сам потихоньку дербанил бы его бизнес. Что он с тобой сделает, если узнает? Как думаешь?

Резко поднимаюсь из-за стола и иду на выход. Сажусь в тачку и пару минут смотрю в одну точку.

Чертовы бабы. Из-за них все. У меня же в руках было. Почти.

Князев. Убью. Я его убью, а потом свалю. Плевать на всех уже.

— Да? — рявкаю в телефон, который звонил все эти минуты. — Чего тебе?

— Илья, мне плохо. Живот болит.

Надька, чтоб ее.

— Скорую вызови.

— Я уже, но мне страшно. Илья…