Книга Любовь после развода, страница 81 – Мария Высоцкая

Они сидели на кухне в съемной квартире, которую для Алины нашла его помощница. Говорили почти ни о чем. Позабавило, что она, как и вся ее семейка, считала его преступником. Наслушалась тупых баек, переходящих из уст в уста в их маленьком городе, правда, смотрела при этом без осуждения. С легким волнением, даже страхом. Его это улыбнуло. Смешная.

Сколько ей? Двадцать пять? А ведет себя как восемнадцатилетняя девчонка, которая до сих пор отпрашивается у мамы на дискотеку.

В тот вечер он вышел из квартиры с мыслью, что они никогда больше не встретятся. Он все что мог сделал. Да и Алина, судя по всему, в приживалки не набивалась, даже часть одолженной суммы вернула. Переживала дико, что не может все сразу отдать.

Он лично убедился, что все у нее нормально, поставил галочку и уехал из Москвы в длительную командировку. Про Климову больше вообще не вспоминал. А потом позвонила Инга и сообщила, что нашла для Ади няню.

Ершова Алина. Двадцать пять лет. Образование педагогическое.

Первые дни Макс искренне думал, что она намеренно его нашла, намеренно пришла устраиваться на работу в его дом, но, когда приехал и увидел ее в халате и с перепачканным зеленкой лицом, на котором отражался такой ужас от стыда и удивления, что она теперь на него работает, понял, что ошибся. Никого она специально не искала. Но больше удивило другое. Адель. Его дочь, которая никого не принимала. Ни одну няню. А Алинкой прониклась почти с первых дней.

И тут либо Климова – отличный психолог, либо дети и правда тянутся к хорошим людям.

Макс с того момента просто присматривался. Держался в стороне, и чем больше проходило времени, тем больше он понимал, что так искусно притворяться просто невозможно. Алина действительно такая. Добрая, наивная, вечно за всех переживающая…

Она как-то незаметно проникла и в его жизнь. Понравилась всем в доме и ему самому, кажется, тоже. Вот этой своей непосредственностью, простотой, добротой какой-то на грани с сумасшествием.

Улыбалась, а потом краснела и опускала взгляд.

В день, когда ему позвонили из школы и сказали, что Адель забрала мать, а дома выяснилось, что его дочь так назвала няньку, все перевернулось на сто восемьдесят градусов. Максим психанул, первые минуты винил в этом Алину, потому что она не имела права привязывать к себе его ребенка. Не имела, но Ади сама к ней тянулась. Сама.

Нужно было остыть. Адреналин зашкаливал, злость блуждала по артериям, а после вылилась в какое-то больное, несвойственное для него чувство. Мыслей в голове день за днем становилось все больше, Климова постоянна там жила. В его голове. И с каждой минутой ее становилось там все больше и больше.

Потом был этот поход по магазинам, где они и правда были семьей. Макса это пугало до чертиков. До бешенства, потому что он словно ничего не мог сделать в этой ситуации. С собой, со своими мыслями, чувствами. А они были. Не безразличие или холод. А какая-то дикая нежность. Желание оберегать. Алину. Алину, оберегать! Это в голове не укладывалось.

Хотелось заставить ее улыбнуться, порадоваться, тогда и часы эти купил, потому что она на них смотрела. Романтик, блин. Подарил, и накрыло. Она не прыгала от счастья, не жеманничала, не несла всякую чушь, говорила, что дорого, кажется, а он даже не слышал. Только в глаза ей смотрел и понимал, что накрывает, вот в эту самую минуту. Хотелось до нее дотронуться, поцеловать. Будто ему до сих пор шестнадцать. Мозг кипел в тот момент, он и сам толком не понимал, что делает, откуда все это…