Книга Любовь после развода, страница 27 – Мария Высоцкая

Заявление на него я не написала. Побои тоже не снимала. Испугалась. Мало ли что у него на уме. Да и знакомых всяких со связями хватает. Что я против него могу?

Вчера еще адвокат позвонил, сообщил, что Ершов готов разводиться только через суд, мягко намекнул, чтобы я рот ни на что разевать даже не смела. Ничего своего у меня нет и не было никогда. Он говорил со мной же, обо мне, в третьем лице, еще и с таким подтекстом, будто я не человек, а собака какая-то бродячая.

Сам же Ершов затаился. Никаких сообщений и звонков с угрозами от него больше не поступало.

Открываю холодильник и сканирую содержимое. Овощи, рыба в банке, творог и яйца. Негусто, но есть все равно не тянет. Даже больше, кусок в горло не лезет.

Когда звонят в дверь, напрягаюсь вся. Глупо, конечно, думать, что это Ершов приехал с разборками. Выследил меня, может. Глупо, но отделаться от этой мысли не могу.

На цыпочках подхожу к двери, смотрю в глазок и выдыхаю. Это Максим.

Щелкаю затвором.

Глазами сталкиваемся моментально. Переступаю с ноги на ногу и молча пропускаю его внутрь.

— Привет, – Шалимов стряхивает снег с воротника пальто, бегло осматривает прихожую, а потом протягивает мне пакет.

— Спасибо, – благодарю, не заглядывая, что там. Мне неинтересно. Вообще, мало что сейчас интересно. Состояние овоща.

— Решил к тебе заехать. Только сегодня вырваться получилось. – Разувается, а потом снимает пальто. – Все в порядке?

— В полнейшем, – жму плечами. – Проходи. Чай будешь?

— Буду, – идет следом.

Тянусь к телефону и открываю приложение банка.

— У тебя номер же к карте привязан?

Макс сводит брови, кивает.

— Хорошо.

Перевожу ему обратно деньги, что не потратила, и выдыхаю. Становится немного спокойнее.

Максим не реагирует. Перевела и перевела. Слов вроде «не нужно или оставь себе» не звучит, как и вопросов, когда верну остальное.

Ему ровно. Для него это небольшая сумма.

— Ты чай предлагала, – напоминает Макс, а я вздрагиваю.

— Прости, задумалась.

— Как квартира? Хозяйка нормальная?

— Милая женщина. Выращивает цветы. Может говорить о них часами, – улыбаюсь. – Спасибо, что помог.

— Цена устраивает?

— Да. Все хорошо.

Ценник и правда приемлемый. Даже странно за такую квартиру. Хоть и не близко от метро, да и дом не новый. Но тараканов и шумных соседей тут нет. Все очень приветливые. Если с кем-то сталкиваешься в подъезде, здороваются и даже спрашивают, как дела. У них тут своя атмосфера, дружная.

— Заявление написала?

Ставлю перед Максимом чашку чая и опускаю взгляд.

— Ну понятно, короче. Дура.

Вздрагиваю. За последние дни как меня только ни обзывали, поэтому триггерит, конечно. Поджимаю губы и опускаюсь на стул.

— Ладно, дело твое.

Макс делает несколько больших глотков и закидывает в рот печенье. Жует, оценивающе рассматривая кухню.

— Зачем ты приехал? – все же решаюсь спросить.

— Хотел лично убедиться, что с тобой все хорошо. Дома в курсе, что у тебя тут происходит?

— Нет, – неосознанно хватаю его за руку, – и ты не говори. Если вдруг… Не знаю… У нас никто ничего знать не должен, – понижаю голос.

Максим смотрит на мои пальцы, а потом аккуратно отцепляет их от себя.

— Без проблем, – сжимает мою ладонь.

Ежусь вся. Любые прикосновения, особенно мужские, сейчас отравляют просто. А еще меня, конечно, накрутили слова мамы о том, какими методами Шалимов смог заработать.