Книга Она моя зависимость, страница 42 – Мария Высоцкая

— Я тебя боялась.

— Понимаю, – он смеется, – а ведь я решил просто пообщаться с тобой поближе.

— Да конечно, – поддерживаю его веселье. – Не ври. Я тебя бесила.

— Еще как.

Его руки заползают под мою рубашку, поглаживая живот. Андрей сидит, широко расставив ноги, согнув их в коленях. Я же плотно прижимаюсь спиной к его груди.

— Такая маленькая, рыжая и наглая.

— Мой взрослый, небритый и злой, – завожу руку за его шею, взъерошивая волосы на затылке.

— Крышу у меня сорвало, да. Всегда все было так просто, а потом стало как-то сложно.

— Тебе со мной сложно? – настораживаюсь, зарываясь ножками в песок.

— Мне с тобой хорошо.

— Мне тоже.

О том, что я боюсь будущего, боюсь, что все развалится, как карточный домик, я умалчиваю. Не время и не место. Здесь хочется думать только о хорошем, наслаждаться каждым моментом.

* * *

Мы возвращаемся в город в конце января. У Андрея сразу же начинается преддипломная практика в Юридическом управлении аппарата губернатора.

Теперь ему каждый день приходится мотаться в соседний город. Расстояние небольшое, но это все же откладывает отпечаток на наших встречах. Как ни странно, в хорошем смысле этого слова. Они становятся еще более яркими. Мы жадничаем в отношении друг друга, не желая расставаться ни на минутку.

Февраль пролетает как по щелчку.

Март заставляет вздохнуть полной грудью. Дарит тепло и все чаще появляющееся на небе солнце. Уже к середине месяца снег частично исчезает.

Воздух становится свежее, а температура на термометре – выше.

С небольшим скандалом я все же перебираюсь к Андрею и отдаю хозяйке ключи от квартиры. Под давлением и вечными нападками, что это разумнее, я сдаюсь. Так же было и с моим условием по поводу отдыха. Я понимаю, что выглядит это глупо, наверное, но у меня были небольшие накопления, потому что за время, что мы встречаемся, я тратила деньги только на съем комнаты. За все остальное платил Андрей. Я жила в его доме, ела еду, что он покупал. Все наши развлечения в финансовом плане тоже легли на его плечи.

Поэтому в поездке я хотела сохранить хоть немного моего прорывающегося наружу достоинства, касающегося материальных благ, и вне отеля платить за себя сама.

Конечно, мою идею Панкратов отмел.

Когда тебе говорят не заниматься ерундой, это царапает по самолюбию.

Вот и теперь у нас вроде все хорошо, но я не чувствую, что твердо стою на ногах. Я прекрасно знаю, что завишу от него.

Все наши общие друзья, не считая Леси, его друзья. Все воспринимают меня как девушку Андрея, а не как отдельную личность.

Кладу тетрадь в сумку и, распрощавшись с Бережной, еду к маме. У нас сегодня было всего две пары, суббота все-таки.

Домой не приходила уже месяц. Закрутилась в работе, учебе, Андрее…

Отец с той ужасной ночи больше не появлялся. На него завели уголовное дело, скоро суд. Жалею ли я о том, что сделала? Нет. Снять побои было правильным. Ему светит еще пять лет. Не уверена, что такой срок дают за домашнее рукоприкладство, но сильно я и не интересовалась.

Главное, что теперь мама и сестры могут жить спокойно.

Завернув к подъезду, здороваюсь с тетей Соней, которая, как и всегда, бдит. Восседает на лавке с деловитым видом, а сама только тем и занимается, что впитывает сплетни.

— Ой, Есенька, к маме решила заехать? Давно тебя не видно было.