Книга Недетские игры, страница 38 – Мария Высоцкая

Она продолжает смотреть мне в глаза. Ждет какой-то реакции, точно готова поставить мне диагноз.

— Он тебе что-то сделал?

Почему-то только сейчас в мою голову приходит мысль о том, что Олег мог применить силу. Он спокойный по жизни, но мало ли…

— Нет. Я испугалась своих реакций и закрылась в ванной. Он потом ушел. Мне так стыдно, Кирилл, — сжимает в кулак рукав моей куртки. — Так за себя стыдно. Ты думаешь, я не понимаю, что происходит? Думаешь, что я настолько больная на голову, что до сих пор не осознаю того, что было в прошлом? Того, что это ненормально? Такие отношения?

Она стискивает зубы. Ее потряхивает и заносит на словах.

— Все вокруг считают, что я дура. Больная, зависимая, слабая, никчемная идиотка. Я все это знаю и понимаю. Да, я такая. Вот такая! — взмахивает руками.

Сейчас, на удивление, без слез. Она просто кричит на пол-улицы.

— Мне теперь убиться, что ли? Пятно на всю жизнь.

— Тише, — обхватываю ее запястье. Сжимаю, но не сильно, так, чтобы не осталось следов. — Я так не считаю. Да и кто эти все? — оглядываюсь по сторонам. — Где эти все, а, Оль?

Она всхлипывает. Повторяет мои движения головой. Осматривается и поджимает губы.

— Прости меня, — закрывает глаза, робко обвивая руками мою шею.

"Никто не спешит сделать первый шаг, чтобы уйти". (с) Оля

Так тепло.

Я чувствую, как вздымается мужская грудь, а еще то, как горячее дыхание опаляет мою щеку. Жмусь к нему ближе.

Кирилл отвечает взаимностью, сжимает меня в своих руках так крепко, что дышать нечем становится.

Кажется, ничего более странного со мной еще не происходило. Мне совершенно не хочется, чтобы этот вечер заканчивался, ровно так же, как и момент такой вот спонтанной близости. Но всему хорошему всегда приходит конец.

Кирилл отстраняется, делает глубокий вдох. Мне даже кажется, ему приходится приложить для этого усилие. Смотрит на мои губы. Потом в глаза.

— Пойдем, я тебя провожу.

Мне так хочется ему что-нибудь сказать, но все, на что меня сейчас хватает, — это кивок головой.

Кирилл отстраняется, теперь уже на расстояние вытянутой руки. Сжимает мою ладонь, а я ежусь от ветра. Без мужского плеча рядом становится слишком холодно и неуютно.

Мы медленно переходим дорогу. Так же медленно и молча заворачиваем к подъезду.

— Спокойной ночи, — наблюдаю за тем, как шевелятся его губы, и снова киваю.

Да что ж такое-то? Язык словно к небу прилип.

— Оль?

Кирилл делает всего лишь шаг, и расстояние между нами сокращается до пары сантиметров. От него веет теплом, а у меня щеки горят.

— Ты извини меня…

— Все нормально, — обрываю его. — Спасибо за вечер. Я пойду.

Он кивает, но даже с места не двигается. Я, в общем-то, тоже. Стою как приклеенная, только в глаза ему заглядываю. Все пытаюсь прочитать там, что он сейчас чувствует. Выходит у меня плохо. Я всегда паршиво разбиралась в людях.

— Спокойной ночи, — повторяется. — Я позвоню, когда появится информация по работе.

— Спасибо, — встрепенувшись, тянусь за своим телефоном. — Запиши номер. Или продиктуй свой, я сделаю дозвон.

Бушманов забирает из моих рук смартфон и сам оставляет себе от меня «пропущенный».

Мы вроде уже все друг другу сказали. Поставили точку, даже вон номерами обменялись, но по-прежнему стоим не двигаясь. Никто не спешит сделать первый шаг, чтобы уйти.