Книга Будет больно, моя девочка, страница 69 – Мария Высоцкая

Марат прилипает спиной к шкафчикам, оказываясь сбоку от меня.

— Тебе в сценаристы надо, — засовываю грязные шмотки в сумку.

— Не, не, не… Это интересно. Очень. Арс, с чего такая забота?

— Отвали, — беру полотенце и иду в душ. Марат двигает следом.

Передергивает. Чего он ко мне прикопался? Подыграл и подыграл. Какая, на фиг, разница-то? Луна после этого под ноги не упала.

— Если бы это был спор, Кудяков бы уже давно растрепал все в чате. Получается, — снова лыбится, — она тебе нравится, и ты решил…

— Я ничего не решил. Отвали от меня, — взрываюсь, отталкивая Марата, бросаю полотенце на пол и, круто развернувшись на пятках, возвращаюсь в раздевалку. Хватаю свои шмотки, быстро натягивая все на себя.

Бесит. Все это дико бесит.

— Да погоди, я же…

— На фиг иди, — беру сумку и вылетаю за дверь. Сбегаю по ступеням, игнорируя лифт.

Влад ждет на парковке, но я вызываю такси. Машина приезжает за пять минут. Запрыгиваю назад и, сунув в уши наушники, закрываю глаза, откидываясь затылком на подголовник.

Понравилась? Мне? Панкратова?

Самое тупое, что я слышал за свою жизнь.

— Я ее просто пожалел, — бормочу себе под нос.

Да. Я это сделал, чтобы она не выглядела жалкой. Особенно после своей королевской проходки на тусовке. Пусть ее хрупкий мир остается целым. Вот и все. Вот, блин, и все.

Это ничего не значит. Ничего, кроме жалости…

Смотрю на свои подрагивающие пальцы и сжимаю их в кулак. Какого черта вообще?

Меняю в телефоне адрес на городскую квартиру и еду туда. После разговора с Маратом хочется свалить куда-нибудь подальше и никого не видеть как минимум сутки.

Утром решаю забить на школу. Живу так всю неделю. Рублюсь в комп и сливаю все входящие.

Панкратова пишет мне в среду, спрашивает, долго ли я собираюсь прогуливать. Трясется за выпускные экзамены. Ну вот не дура ли?! Игнорирую ее. Оставляю сообщение непрочитанным. После бредней Марата на ситуацию с Майей смотрю иначе. Я и правда как-то на ней зациклился, а это не вписывалось в мои планы.

В пятницу мать прилетает с островов. Загорелая, отдохнувшая. Притаскивает гору пакетов с подарками. Налетаю на нее почти у двери, когда возвращаюсь домой за чистыми шмотками.

— Арсений, за тобой кто-то гонится? — смотрит мне за спину, заострив губы в улыбке.

— Ты чего хотела? — бросаю зло, поправляя сумку, висящую на плече.

— Для начала здравствуй. Я тебя столько не видела.

Мама улыбается и тянется ко мне, чтобы обнять. Делаю шаг назад, складывая руки на груди.

— Какая разница?!

Обхожу ее стороной, направляясь к лестнице.

— Сеня! — мама семенит следом. — Я тебе подарок привезла.

— Ага, там где-нибудь положи.

— Арсений!

— Что? — притормаживаю, выпуская воздух через рот.

— Как твои дела? Почему так рано из школы вернулся?

— Я там неделю не появлялся, — пожимаю плечами. — А, ну ты, наверное, не в курсе, — улыбаюсь.

Мама поджимает губы. Смотрит на меня и хлопает ресницами.

— Почему?

— Настроения не было.

— Сеня…

— Все? Могу идти? — разворачиваюсь к двери.

— У нас ужин сегодня… — бормочет мне в спину.

— Рад за вас, — достаю ключ и открываю дверь.

— Спустишься? Гости будут.

Какая радость. Нет. Дались мне ее гости.

— Посмотрим, — захлопываю дверь прямо у матери перед носом и скидываю все свои шмотки на пол.

На телефон падает сообщение. Читаю.