Книга Будет больно, моя девочка, страница 40 – Мария Высоцкая

— Я же говорю, выслуживается перед новеньким, — повторяет Рита. — Сидит тут, вся такая святая, а сама хочет сделать нас не просто изгоями, а…

— Боже, — перебиваю этот бред, накрываю лоб руками, а потом давлю на глаза пальцами. — Это дружеский совет. Но вы вправе поступить, как считаете нужным.

Собираю пустую посуду на поднос и выхожу из-за стола.

— Что и требовалось доказать, — летит мне в спину.

Сильнее сжимаю поднос и направляюсь к стойке для грязной посуды.

Уже у двери чувствую взгляд. Между лопаток в этот момент разгорается настоящий пожар, мельком поворачиваю голову. Смотрю через плечо.

Арс пялится на меня в упор. На губах усмешка. Сидит, развалившись на стуле, и делает вид, что слушает болтовню Пономаревой.

Остаток дня я прихожу в класс самой последней и каждый раз занимаю любую свободную парту, а не свою, за которой, конечно, уже сидит Арсений.

Пусть, в конце концов, влюбленным дураком, если пошел такой слушок о нас, уже выглядит он, а не я.

После занятий звоню маме и сообщаю, что уже освободилась.

— Май, я минут через двадцать буду. В салон заезжала, там снова черт-те что.

— Хорошо. Буду ждать тебя на парковке.

Отключаюсь и, застегнув школьный пиджак на все пуговицы, выхожу на улицу.

Лиза под ручку с Антохой идет следом. Все втроем притормаживаем на крыльце, чуть в стороне от двери.

— Да-да, будет супер, — хохочет Лизка, а потом зыркает на меня.

Вижу у нее в глазах килотонны злости, которую она изо всех сил пытается скрыть за белоснежной улыбкой.

Очень хочется спросить, что за чушь она наплела Рите. Разлепляю губы даже, но в самый последний момент себя останавливаю.

Бросаю взгляд на открывшуюся дверь. Она-то меня и отвлекает окончательно.

Марат выходит на крыльцо, огибает Тоху с Лизой и останавливается рядом со мной.

— Все в силе? — спрашивает, абсолютно не обращая внимания на ребят. Для него их здесь будто нет.

— Да. Да. В семь. Я помню, — улыбаюсь, а потом зачем-то касаюсь ладонью его предплечья. Сама не знаю, почему так делаю. Но в моменте кажется, словно ищу поддержки.

Лизкино лицо тут же вытягивается. Тоха тоже пялится с таким видом, будто падающий метеорит видит.

Мейхер кивает. Улыбается. Вскользь касается моих пальцев и практически сразу сбегает вниз по ступенькам.

Когда смотрю в спину уходящему Марату, понимаю, что Арс все это время стоял у машины, которая за ними приехала. И судя по выражению его лица, мое общение с Маратом ему не нравится.

* * *

В семь, как и договаривались, приезжаю во «Время вышло».

Как назло, на улице начинается дождь, от такси до козырька ресторана передвигаюсь на бегу. Оказавшись внутри, стряхиваю мелкие капли с примятых дождем локонов. Марата и его девушку нахожу сразу. Совпадение, но, когда я забегаю сюда перекусить, всегда занимаю этот же круглый стол недалеко от окна.

Лавирую по проходу и еще в пути прошу меню у официанта, прихватив с собой папку, зажимаю ее под мышкой и, откинув волосы за спину, останавливаюсь у диванчика, на котором сидит таинственная Тая.

— Всем привет, — кладу меню на стол. — Я Майя, — улыбаюсь, обращаясь к девочке.

— Таисия.

— Приятно познакомиться.

Прежде чем сесть, чуть-чуть подтягиваю свои широкие джинсы. Весь день ходила и светила в школе синяком через колготки. Поехать в юбке по магазинам было бы перебором.