Книга Будет больно, моя девочка, страница 165 – Мария Высоцкая

Ничего ужасного не произошло. Правда ведь? Подумаешь, спор. Вэл, наверное, прав: сейчас это ничего уже не значит. Совсем. Арс меня любит. Я его люблю. Мы подходим друг другу, без слов понимаем, и, тем не менее он струсил мне все рассказать. Мне, близкому человеку. Разве не он говорил, что я для него все? Не он говорил, что я важнее всех, и он всегда будет выбирать меня?

Выбрал, но врал. Выбрал, но посчитал глупостью сообщить мне о таких важных вещах. Выбрал, но не обезопасил наши отношения. Что, если бы я и правда узнала это как-то иначе? Правда от Кудякова уже даже кажется нормальной. А что, если это бы сделал тот аноним, про которого говорил Вэл?

Зарываюсь пальцами в волосы, снова плачу. Потерянность дикая. О чем он еще мне врал? Что еще скрывает?

Я знаю, знаю, что сама выбрала Мейхера. Понимала, кто он. Все прекрасно понимала, но думала, что он изменится и он же менялся. Он поменялся, я видела. Вижу это. Но отчего тогда так больно и страшно? Мамочки…

Долго смотрю на темный экран смартфона, а потом нахожу номер Кудякова, это не трудно. Стоит просто получше прошерстить соцсети. Совершаю глубокий вдох и нажимаю вызов. Вэл отвечает практически сразу.

— Чего тебе, Принцесса?

У него есть мой номер? Вот это поворот, конечно. Сжимаю пальцы в кулак, смотрю ровно перед собой.

— Арс в курсе, что я все знаю?

— Нет. Мы еще не пересекались.

— Отлично! Не говори ему, что рассказал мне.

— Не не не, я так не играю, Панкратова.

— Не говори! Я хочу все это услышать от него. Понимаешь?

— А если он струсит сознаться, обидеться еще сильнее?

Слышу усмешку в голосе Кудякова. Он прав, так я и думаю. Так и собираюсь поступить. В ответ же вру:

— Нет, конечно. Просто всем так будет лучше, я подтолкну его, чтобы он сознался, мы поговорим… возможно, поскандалим, но потом помиримся.

Вэл молчит. О боги, как же в эту минуту бесит его молчание.

— Эм…ладно.

— В благодарность я не расскажу Арсу, что меня просветил ты. Думаю, твоему лицу более приятно быть не побитым.

— Смешно. Мне на самом деле без разницы, скажешь ты ему или нет.

— Даже так…

— Это все? У меня дела.

— Да, но…

Договорить не успеваю: Кудяков сбрасывает мой звонок. Класс! Ладно. Значит, план такой, я сама поеду к Арсу, намекну, скажу, что нужно поговорить серьезно…он должен мне все рассказать. Иначе, как я могу доверять ему в будущем, если он скрывает такие вещи?

Родителей сегодня не будет допоздна, поэтому у меня в запасе куча времени. Вызываю такси и еду к Мейхеру. Звоню ему уже в пути. На этот раз Арс отвечает. Голос у него сонный. Быстро сообщаю, что минут через двадцать буду у него, и отключаюсь. Я сейчас должна всем видом показать, что знаю. Каждым взглядом, фразой, но не говорить напрямую. Он должен сам мне сказать. Должен ведь!

В доме Мейхеров прохожу уже через знакомую анфиладу комнат. Поднимаюсь на третий этаж. Толкаю дверь. Арс у себя. Валяется на кровати в одних шортах. Весь взъерошенный. И правда спал.

— Привет, — произношу без улыбки.

Мейхер приподнимается на локтях, рассматривает меня. Кивает, а потом встает с кровати. Делает шаг в мою сторону, еще немного — и коснется меня. Замираю, зажмуриваюсь на мгновения. Если он коснется, я взорвусь. С ума сойду. Делаю шаг назад. Демонстративно. Арс сжимаю пальцы вытянутой руки в кулак, а потом прячет его в карман шорт.