Книга Боюсь тебя любить, страница 88 – Мария Высоцкая

— Я… я не знаю, – шумно выдыхаю. Дышать все еще сложно.

— Это случайность, – Иван вытаскивает звонящий телефон и быстро отвечает односложными предложениями. Закончив, снова обращает все свое внимание на меня. – Я действительно не думал, что ты здесь будешь.

— Но знал, что я с ним.

— Знал.

— И не хотел увидеться…

— Это сейчас не имеет значения. Я просто хочу сказать, что не хотел причинить тебе неудобства…

— Это ты так завуалировал старые чувства? Не переживай, я уже давно про тебя забыла. Подумаешь, встречались. Были младше, глупее.

— Хорошо.

Ваня кивает, а мне хочется его треснуть.

— Ты теперь большой начальник?

— Не больше обычного, – пожимает плечами.

— И не военный.

— Сменил род деятельности. Я же говорил, новая работа…

— Не думай, что я дословно помню, что ты там болтал.

Нагло вру. Я каждое слово до сих пор помню. От зубов отскакивает.

Ваня улыбается, еле заметно, но я вижу.

Он снова смотрит на часы и вытаскивает какие-то таблетки. Закидывает парочку в рот, запивая водой, что стоит в подстаканнике.

— Голова с утра еще болит, – отвечает на мой вопросительный взгляд.

— Знаю прекрасный способ избавиться от головной боли…

— Гильотина? – на его лице вновь проскальзывает ухмылка.

— Верно.

— Так куда везти?

— Вообще-то, я была на машине.

Ванька заламывает бровь и смотрит на меня как на дурочку.

— Что? Это нормальная реакция. Я тебя очень давно не видела, мне было интересно, – пожимаю плечами, потому что говорю правду. – Что будет с Арсением?

— Сядет.

Токман говорит уверенно. Еще бы. Теперь он просто пышет ею, этой уверенностью. Гораздо больше, чем раньше.

— Смотрю, тебя это не очень расстроило.

— А должно? – хмыкаю. – Мы просто встречались.

— Не хотел бы я оказаться на его месте. Хреново встречались.

— Не твое дело. И вообще, верни меня обратно. Пожалуйста. Как я понимаю, дел особо у тебя нет и ты никуда не спешишь.

Ваня поворачивает голову в мою сторону, когда на светофоре загорается красный. Он смотрит мне в глаза все эти шестьдесят секунд, что отсчитывает счетчик.

— Ты не носишь линзы, – озвучивает и так очевидную вещь.

— У меня красивые глаза, зачем их стесняться?

— Действительно. Про допрос я, кстати, говорил серьезно, – трогается с места, разворачивая машину.

Иван.

— Мы разрабатывали Полякова больше года, дольше тянуть нельзя. Адвокат уже вытащил его под подписку.

— Можно, – откидываюсь на спинку кресла, – он сейчас как загнанная в угол крыса. Никуда от нас не денется. Может быть, даже приведет к каким-то другим интересующим нас субъектам.

— Мне иногда кажется, что вы, Иван Александрович, маньяк.

— Задатки всегда были, – смеюсь. – Не дрейфь, Каримов, мы его надолго посадим.

В этом я уж точно уверен. Там деяний на несколько сроков хватит.

Никогда не думал, что буду работать в УСБ. Вся эта возня с уголовниками в погонах меня никогда не интересовала. Но иногда выбор делают за нас.

После ранения и множества операций я встал на ноги.

В Москву больше не возвращался. Даже больше, оборвал связи со всеми, кого когда-то знал.

Так мне было проще.

Полтора года лечения и больниц. Потом смерть бабушки…

На службу вернуться не дали. Теперь я им не подходил по многим параметрам.

Тогда предложение полковника Звонарева, с которым мы вместе лежали в реабилитационном центре, показалось вполне интересным. Сменить род деятельности.