Книга Заучка для боксера, страница 106 – Ульяна Романова

А проснулся утром от нежного поцелуя. Сначала в щеку, потом ее губки прошлись по шее. Малинка прикусила мочку уха, а я обхватил ладонью ее затылок, притягивая ближе.

— Ванну я тебе набрала, — томно прошептала Малинка мне на ухо, — все как ты любишь, не горячую.

Я блаженно улыбнулся, подставляя шею под ее поцелуи.

— Заботушка ты моя, — хрипло пробормотал я.

Малинка села на постели, вызывая дикое желание вернуть ее обратно к себе на грудь и заставить продолжить то, что она начала.

Вздохнул, резко поднялся и пошел в ванную, насвистывая под нос весёлую песенку. Обернулся через плечо и успел увидеть, как моя жена кусает нижнюю губу, глядя мне вслед.

Удовлетворённо хмыкнул и пошел в ванную. Заботливая моя не только ванну набрала, но и красиво выставила на бортики мой гель для душа. Один. Все остальные полки были оккупированы ее баночками — скляночками, назначением которых я даже не интересовался.

Достал мочалку, напевая под нос песенку. Малинка за стеной громко засмеялась.

— Что? Может, я всегда мечтал о карьере оперного певца, — крикнул ей, с удовольствием погружаясь в теплую воду.

— Ты их всех затмишь, — сыронизировала заучка.

— А то! — согласился я.

Помылся, намотал на бедра полотенце и вышел. На столе уже закипал чайник, а Малинка ждала меня, подперев подбородок ладошкой.

— Кто вкуснее всех наливает кофе? — подмигнул я ей.

— Ты! Твой кофе самый вкусный, — с готовностью подтвердила моя жена.

Я кивнул в ответ на ее слова, взял с полки пачку растворимого кофе и насыпал каждому его порцию. Залил кипятком, Малинке добавил молока и сахара. Размешал и придвинул к своей жене.

Сел напротив на табуретку и уже знал, что будет. Она вдохнула запах кофе, блаженно закатила глаза и сделала первый глоток. Еще один наш ритуал. Кофе по утрам наливал только я.

Я посмотрел на свою жену, красивую и манящую настолько, что зубы сводило.

Счастье есть. Оно в мелочах. В улыбке. В крохотных проявлениях заботы. В прикосновениях.

Мое счастье сидело напротив и с любовью смотрело на меня глазами чистого летнего неба.

Конец