Книга Не отдавай меня ему, страница 70 – Ульяна Романова

За упадническими мыслями не заметила, как оделась. На чем написать Марату записку, я не нашла, заглядывать в ящик с альбомом не решилась, а писать сообщение побоялась. Я берегла его сон.

Оделась, предупредила Снежка, чтобы слушался, взяла ключи от комнаты и отправилась на улицу.

Моя любимая погода, когда идет крупный снег, хлопьями падая на землю, а ветер не дует. Тихо и очень красиво. Снежок побежал по своим собачьим делам, а я подняла голову, ловя ртом снежинки. Расставила руки в стороны и закружилась на месте, наплевав на мнение тех, кто мог бы меня увидеть.

Я жива, я встретила еще один день с самым замечательным мужчиной.

Спасибо, боже, за это. За новый день! Еще один.

Поймав игривое настроение, я позвала Снежка и с ним прыгнула в сугроб. Псу очень понравилась наша новая игра, он носился вокруг меня, пока я шла в сторону магазина, загребая снег сапогами.

Нашла палку, и мы со Снежком перетягивали ее друг у друга. Я смеялась, а пес вилял хвостом так, что, мне казалось, он взлетит.

Мы дошли до магазина, где уставшая, злая продавщица обслуживала меня, разговаривая сквозь зубы и не понимая причину моей улыбки.

Она не поймет. Никто не поймет, что счастье — просыпаться по утрам, готовить завтрак любимому мужчине, гулять с собакой. Просто жить. Без чувства вины, без оглядки на прошлое и страха будущего. Сегодня. Здесь и сейчас. Моментом. Находить в каждой секунде свой кусочек счастья, а не гнаться за ним в надежде, что завтра станет лучше.

Не станет, я знаю.

Накупив целый пакет провизии, я вышла и сразу же нашла взглядом Снежка. Он ждал меня, с надеждой глядя на дверь магазина. Словно не верил, что я вернусь.

— Пойдем домой? — предложила я. — Я для тебя корм купила.

На обратном пути я снова шла по сугробам, ногой подкидывая в воздух снежинки, которые Снежок с радостью ловил, по самую морду утопая в сугробах.

Довольная, мысленно потирая ладони, я зашла в комнату Марата, стараясь не шуметь и шикая на Снежка. Заперла дверь, обернулась и вздрогнула, а потом не смогла сдержать счастливой улыбки.

Марат стоял в одних боксерах, сложив руки на груди и тоже улыбался:

— Нагулялась?

— Угу, — кивнула я, отставляя пакеты, — в магазин ходила.

— Я видел, — согласился Марат. — Боже, Маша, ты как ребенок, все сапоги в снегу.

Он потрепал Снежка по холке, дернул плечами и пошел помогать мне раздеваться. Снял сапоги, высыпал из них снег прямо на пол и покачал головой.

— Штаны тоже снимай, они мокрые.

Я стянула куртку, шапку и штаны прямо там, в прихожей. Марат забрал их и повесил на батарею сушиться, а я, нисколько не стесняясь, понесла пакет к холодильнику.

— Снежок, сидеть, — попросила я, когда пес сунул нос в пакет.

— Снежок? — Марат удивленно обернулся.

— По-моему, ему идет, — пожала я плечами.

— Снежок так Снежок, — легко согласился Рат, — это пес моей мамы, я ночью съездил, забрал.

— А на меня ругался, что я мало сплю, — выговаривала я, вытаскивая покупки. — Может, отдохнешь еще немного, а я завтрак приготовлю?

— Не, мне на работу нужно.

— Тогда иди в душ, я приготовлю.

Я сама пошла к нему, обняла за талию и прижалась теснее, оказываясь в крепких объятиях. Сердце Марата билось очень быстро, но он никак не показал, что чем-то обеспокоен.

Он гладил меня по голове, уткнувшись носом в макушку, и никуда не торопился.