Книга Ты только для меня, страница 54 – Ульяна Романова

Дэн же стал еще яростнее натирать пульсирующий клитор, доводя до грани. И когда я кончила, выдохнув ему в губы, сам потерял контроль. Стянув толстовку вместе с майкой, откинул в сторону, обхватил меня за талию и понес в комнату. Бросил на мягкий диван, буквально сдирая брюки и белье. Мгновенно снял свою одежду, не отпуская мой взгляд. Разорвал зубами пакетик презерватива, раскатал его по себе и опустился сверху, накрывая мое тело своим.

Вошел резко, без прелюдий, заполняя собой без остатка. Обхватил мои колени, приподнимая и яростно вбиваясь. Я прикусила нижнюю губу и просто тихо постанывала, снова находясь у края пропасти. И когда снова забилась в сладких конвульсиях, Дэн тут же последовал за мной.

Он обессиленно опустился, опираясь на руки, а затем откинулся на спину, укладывая меня себе на грудь. Мокрые от пота, мы оба пытались восстановить дыхание.

— Грязные методы используете, Денис Леонидович, – прошипела я, рисуя указательным пальцем узоры на его груди.

— Ты о чем? – принял он невозмутимый вид, поймал мою ладонь и сплел наши пальцы вместе.

Я немного подвинулась, устраиваясь поудобнее. Положила голову туда, где билось его сердце. Бешено, хаотично. В унисон с моим.

Мы некоторое время лежали молча, я гладила его пальцы, ладонь. Изучала каждую черточку.

— Расскажи о себе, – попросила я, – то, что сам считаешь нужным.

Дэн глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— Я скучный. Родился и вырос в этом городе. После института забрали в армию, потом в спецвойска…

— Какие? – заинтересовалась я.

— Спецназ разведки, девочка.

В этот момент мне очень захотелось грязно выругаться. На языке вертелись крутые обороты русского матерного. Но зато многое стало понятно.

— Шрамы оттуда?

— Да, – отрывисто бросил Дэн, показывая, что эта тема закрыта.

— А тот парень, Клим, он тоже с тобой служил?

— Да. Он, Капа и еще несколько парней.

Я задумалась, вспоминая все, что знала о военных.

— А тату? Разве разведчикам можно их делать?

— Я сделал их именно для того, чтобы разведчиком больше не быть. Я достаточно послужил.

Провела ладонью по яркой вязи узора, начинающегося на запястье и заканчивающегося у ключицы. Снова обвела шрам на груди… Чувствуя его боль словно наяву. А Грозовский расслабленно лежал, позволяя мне делать то, что я хотела.

— Твоя очередь, – лениво пробормотал Дэн.

— Я еще скучнее.

— Да-да, – скептически скривился Дэн, сильнее обнимая меня.

И несмотря ни на что, мне стало очень тепло и спокойно. Словно я там, где мое место – в его руках. Иррациональное чувство правильности происходящего затопило с головой, успокаивая, умиротворяя.

— Чебурашка, не спи, – потребовал Дэн.

— Я тебя покусаю, если ты еще раз назовешь меня Чебурашкой, – грозно сдвинув брови, предупредила я, приподнимаясь на руках, чтобы взглянуть ему в лицо.

— Ну Снежинкой-то можно? – сделав вид, что испугался, попросил Дэн.

— Снежинкой можно, – смилостивилась я.

— Что за амулет? – Дэн взял кругляш в руки и задумчиво покрутил.

— Подарок.

— От кого? – его глаза зло сузились.

— От папы, – грустно улыбнулась я.

— Ты снова мне вкручивала, и папа жив? – индифферентно поинтересовался Дэн.

— Нет, – ответила серьезно. – Просто я некоторое время амулет не носила.

Дэн внимательно посмотрел мне в глаза, кивнул своим мыслям и снова уложил мою голову себе на грудь. Зарылся пятерней в волосы, невесомо поглаживая, массируя кожу головы. Заметив, что я ежусь от холода, протянул руку, снимая с подголовника дивана мягкий плед, и укрыл нас обоих.