Книга Ты только для меня, страница 41 – Ульяна Романова

— Бесят меня твои каблуки, – признался Дэн, – как ты вообще на них ходишь?

— Нормально хожу, – пожала я плечами, наблюдая, как Дэн спокойно и уверенно выезжает со двора.

— А если бы я тебя тогда не поймал на пороге офиса? Затылком не слабо бы шарахнулась, – прорычал он.

Голос вибрировал от гнева, но внешне Дэн никак не показывал своего недовольства. Спокойно смотрел на дорогу, держа малую скорость.

— Спасибо, что поймал, – миролюбиво проговорила я.

— Я выброшу нахрен твои сапоги, если ты в такую погоду еще раз выйдешь в них!

— А в чем я ходить буду, умник? – развернулась к нему всем корпусом, сложив руки на груди.

— В валенках!

— Вот сам в них и ходи, – от души посоветовала я, отворачиваясь.

— Я предупредил, – прорычал Дэн.

— Аха, – выдохнула я.

— Ты меня поняла?

— Аха, – повторила и кожей почувствовала, как Дэн начал закипать.

— Чебурашка… – предупреждающе прошипел он.

— Не зови меня так! – не выдержала я. – Не знаю, может, проститутки, которые так запали тебе в душу, сразу и беспрекословно выполняли твои приказы, но я как-нибудь сама решу, в какой обуви мне ходить!

— По-моему, проститутки запали в душу тебе, – развеселился Дэн. – Ты так часто о них вспоминаешь… В обед поедем в магазин, купим тебе нормальную обувь. И это не обсуждается! – зыркнул он так, что я мгновенно стала меньше ростом.

Но упрямо вздернула подбородок и презрительно фыркнула, демонстрируя свое отношение к его командирским замашкам.

Несколько минут мы ехали молча.

— Карина твоя родная сестра? – первым нарушил молчание Дэн.

— Да.

— Вы совсем не похожи.

— Просто Карина копия мамы, а я в отца пошла.

— А где отец?

Сердце сжало стальными тисками от боли и тоски по отцу. Время не лечило. Оно просто наклеивало пластырь на кровоточащую рану. Но каждое слово, каждое воспоминание об отце отдирало его с корнем. Больно. Еще и потому, что его убийца распрекрасно себя чувствовал и жил в свое удовольствие. А мы были бессильны что-либо сделать!

— Его нет больше, – просипела я мгновенно севшим голосом. Склонила голову и сжала кулаки, пряча боль в самые дальние уголки души.

— Давно? – сочувственно поинтересовался Дэн и обеспокоенно на меня покосился.

— Тринадцать лет.

Дэн замолчал, нахмурившись. Меж его бровей залегла глубокая складка, а сам он задумчиво смотрел на дорогу.

— Что с ним случилось?

— Сердечный приступ, – соврала я и закусила губу.

Ложь сорвалась с губ уже привычно, а в груди заныло, мешая дышать, словно я тонула в своем собственном обмане, закапываясь все глубже. Я просто не хотела врать ЕМУ! Гадкое, отвратное чувство горечи появилось на языке…

К тому моменту мы подъехали к офису, и я облегченно выдохнула. Его вопросы тревожили. Ставили в тупик и заставляли судорожно вспоминать, что именно я наврала некоторое время назад. От этого напрягалась каждая мышца в теле. А еще мне казалось, что Дэн насквозь меня видит. И не верит.

Он помог мне выбраться из машины, прикрыл своим телом от ветра и отконвоировал ко входу. А когда за нами захлопнулась дверь, еще и снег отряхнул с капюшона, ни на секунду не переставая хмуриться.

— Мне пора, – прошептала я и постаралась улыбнуться.

— Беги, – мотнул головой Дэн.

В кабинете Марта Сергеевна, что-то бурча под нос, снимала верхнюю одежду.

— Я видела, с кем ты приехала, – хитро улыбнувшись, сообщила она.