Книга Свадьбы не будет, страница 4 – Ульяна Романова

Распахнув дверь, я удивленно округлила глаза, уставившись на незнакомую мне тучную женщину лет пятидесяти. Яркий хищный макияж намекал, что дамочка в очень активном поиске жизненного партнера, а огонь решимости в глазах – на то, что искать того самого, единственного, она пришла к Фисе.

— Я записана! – отрезала дамочка, нагло сдвигая меня с порога.

И прямо в обуви потопала в гостиную! А я, между прочим, вчера весь день делала генеральную уборку!

Скрипнув зубами, я пошла за ней. Встала на пороге и уперла руки в бока, пока незнакомка садилась на стул возле рабочего стола Фисы.

Принимала клиентов тетушка всегда у себя дома.

— Мне нужен расклад на деньги и мужа, – махнув рукой, велела незнакомка.

— А…

— И быстро! Я что, зря деньги заплатила?

Ну, Фиса… Она что, специально сбежала, оставив эту нахалку на меня? Если да, то вечером тетушку ждет очень серьезный разговор.

— Я не… – попыталась я объясниться с женщиной, но та не дала мне и слова вставить.

— На мне порча! Я в этом уверена на сто процентов! Мне сорок лет…

Тут мадам явно привирала, но спорить я посчитала лишним.

— А я ни разу не была замужем! Посмотрите, это точно венец безбрачия. Меня сглазили в детстве! И канал на денежный поток мне откройте! Ну быстро, быстро…

У меня в тот момент точно открылась дополнительная чакра от злости, когда клиентка потянулась за колодой Фисиных карт. Правда, бутафорских. Свои рабочие Анфиса хранила на полке, строго-настрого запретив кому бы то ни было прикасаться к сокровенному.

Женщина просто взяла колоду и стала ее перемешивать, взглядом поторапливая зазевавшуюся меня.

А я разозлилась.

Села напротив, забрала колоду и вперилась изучающим взглядом в дамочку.

— Как ваше имя? – полюбопытствовала я.

— Тоже мне, профессионал, могла бы и запомнить, я говорила, когда записывалась, – цокнула она языком, – Любовь Ивановна мы.

Я проглотила колкость, но решила, что сегодня подходящий день, чтобы преподать нахалке короткий урок. Хамить незнакомым людям – плохо.

Задумчиво перемешивая карты, я делала вид, что изучаю клиентку.

— Что вы так смотрите?

— Настраиваюсь на вселенский поток, – объяснила я.

Любовь Ивановна сарказм не распознала и удовлетворенно кивнула.

— Денежный канал мне открыть не забудьте, – напомнила она.

— Да-да, – согласилась я.

Я медленно раскладывала карты так, как это обычно делала тетушка, выдерживая длинную театральную паузу. Любовь Ивановна сопела, ерзала на стуле и тоже вглядывалась в расклад.

— Ну что там? Не молчите? На мне порча, да?

И что ей сказать?

— Да! – серьезно кивнула я. – Перекрыты дороги твоего суженого к тебе, ходит все по кругу, да найти не может.

— Я так и знала! Чувствовала. Что мне делать?

— Снимать!

— Что снимать?

— Порчу снимать!

— Так не сидите! Анфиса, я никуда не уйду, пока вы ее не снимете! С места не сдвинусь, – пригрозила она.

Приехали, называется…

Я вздохнула поглубже, вознесла короткую молитву, прося терпения и избавления от Любови свет Ивановны, и решительно произнесла:

— Вставайте!

Отложила карты в сторону, поминая Фису с ее клиентками недобрым словом, и полезла в шкаф. Достала старые мелки и прямо на полу криво начертила пентаграмму. Подвинула зеркало и закрыла окна шторами, создавая интимный полумрак.

Подумала, накинула на себя мантию Анфисы с глубоким капюшоном, выставила по углам пентаграммы свечи, зажгла и велела: