Книга Свадьбы не будет, страница 36 – Ульяна Романова

Именно Анфиса забрала меня к себе после смерти родителей, а не дядя Игнат – младший брат моей мамы и мой крестный. Игнат хотел оформить опекунство на себя, но он много работал, а у меня не сложились отношения с его супругой. Она не готова была принять незнакомого, проблемного подростка в дом, а Игнату некогда было меня воспитывать. Однако с дядюшкой у меня были очень теплые отношения, хотя виделись мы редко.

Анфиса с Ираклием стойко выдержали мой переходный возраст, дали мне высшее образование, крышу над головой и окружили отеческой заботой.

Своих детей у них не было, у Анфисы не получалось забеременеть несмотря на заверения врачей, что они с Ираклием оба здоровы, и вся нежность и забота достались мне.

На парковке нас ждала идеально вымытая машина Ираклия. Неделю назад его чуть Кондратий не обнял, когда я вернула ему любимую «ласточку» всю в грязи после деревенской дороги, но мужественно не стал выражать негодование. Но в воскресенье проснулся с первыми петухами и отправился на мойку – отдраивать свою любимицу.

Дядя довез меня до частного детского развивающего центра, где я работала, махнул рукой на прощание и уехал совершать собственные трудовые подвиги.

Я вошла, взяла у администратора ключи от кабинета и отправилась в учительскую за порцией зеленого чая. Две коллеги уже всключили чайник и о чем-то беседовали, ожидая, пока он вскипит.

— Всем привет. Против кого сегодня дружим? – оптимистично поинтересовалась я у девчонок.

— Мне кажется, у моего Глеба любовница, – призналась Тамара, у которой, сколько я здесь работала, с мужем были какие-то проблемы.

— Разведись. Нет мужа – нет любовницы.

— Логично, – кивнула Тома. – Может, и правда его бросить? Нервы только мотает. Надоели мне эти скандалы. Сень, а можешь меня к Анфисе по знакомству записать? А то к ней за месяц надо.

— Я тебе и без Фисы скажу, что ты Телец, а он конь бестолковый и вы не пара! Но записать могу. Попозже ей позвоню.

— Спасибо! Чай будешь?

— Буду. Переобуюсь и вернусь.

Я сменила обувь на рабочие балетки, попила с приятельницами чай и сосредоточилась на работе. До вечера вбивала в головы детям мудрое, доброе, вечное и твердую «л», почему-то вспоминая картавого гнома Валерьяна, чтоб ему икалось.

Отвела последнее занятие с учеником и засобиралась домой, когда зазвонил мой мобильный.

Номер был мне незнаком, поэтому отвечала я с опаской.

— Алло.

— Есения! – завопила Ниночка так, словно начался апокалипсис. – Я тебя убью!

Я зажмурилась и закусила губу, ибо последнюю неделю трусливо пряталась от подруги, которая горела желанием вернуть свой паспорт.

— Не надо, убьешь – я мертвая буду.

— Я жду тебя на крыльце. Не вернешь паспорт – пойду в полицию писать заявление. Я не шучу, Есения.

И отключилась.

Да гипнозом каким-то этот кошара Василий владеет? Так запудрить Ниночке мозги! Из адекватного, думающего и рассудительного человека подруга превратилась в послушную куклу.

Я подышала немного, чтобы успокоиться, вышла на крыльцо и встретилась взглядом с наглым Васей, который нежно обнимал Нину за талию и что-то ей шептал.

Додик дискотечный! Жаль, что у меня крапивы под боком нет!

Нина заметила меня, перестала улыбаться, отлепилась от своего красавца, подошла ко мне и молча протянула ладонь. Я нехотя вложила в нее Ниночкин паспорт и скрипнула зубами от злости. Перевела взгляд на драного кота Василия, который нагло усмехнулся, взглядом показывая, что он победил.