Книга Свадьбы не будет, страница 12 – Ульяна Романова

Анфиса уже шагала к дому, ежась под порывами ветра. Кирилл ушел в комнату, а я не придумал ничего умнее, как спрятаться в той самой кладовке, пока брат уходил через окно, прихватив по дороге свой брелок с куриной лапкой, добытый неизвестно где.

А дальше произошло одновременно два события. Язвительная полторашка прошла в дом и тихо позвала:

— Есть здесь кто?

Я вздрогнул, сделал шаг назад, споткнулся о ящик с инструментами, который Кир не глядя забросил в темнушку, и не сдержал ругательства.

— Кто здесь? – испуганно спросила Анфиса.

Я ждал, когда включится Кир, но друг молчал. Попадаться ей на глаза сейчас было крайне неразумно, а мелкая кнопка уже вовсю шарилась по дому.

— Эй, кто здесь? – повторила она.

— Я, – выдавил я, прикрывая глаза.

— Кто «я»? – подозрительно уточнила она.

— Валерьян, – неожиданно развеселился я, решив, что пятьдесят кило вредности и аферизма должна быть наказана. И если закон не справляется, а карма не работает, то мы вполне можем еще немного ее проучить.

Я старался не обращать внимания на нездоровый азарт, который просыпался в груди в ее присутствии.

— К-какой Валерьян? – не поняла Анфиса.

Я мог видеть ее сквозь крохотную щелочку в двери. Девица стояла на месте и осматривалась по кругу, сузив глаза и крепко прижимая к груди крохотную дамскую сумочку.

— Гномик-матерщинник, – подсказал я. – Вниз смотри.

— Да-а-а? – протянула она.

Маленькая грудь кнопки высоко вздымалась, а во взгляде появилось что-то по-настоящему ведьминское.

А я вдруг вспомнил, с какой уверенностью она говорила про свое фирменное проклятие…

— Гномик, значит. Матерщинник, – она решительно кивнула. – Ну отлично: когда куплю дом, возьму тебя в услужение. И кстати, Валерьян, вы картавите. Первым же делом запишу вас к логопеду.

— Не картавлю я! Нормально разговариваю.

— Нет. Вам определенно нужно поработать над мягкой «л» в середине слова, вы ее глотаете.

— А-а-а-а, – задумчиво выдал я. – Ты меня совсем не боишься, да?

— Тебя? Я тебя умоляю, ты когда-нибудь работал в школе, или дальше этого дома не выходил? И ругаться ты не умеешь, на практику у меня в старшие классы сходишь, там подучат.

— Так ты училка? – озарило меня.

— Хуже. Логопед-дефектолог, – вздохнула она. – Слушай, Валерьян, а что ты умеешь?

— Я? – я даже обалдел малость, хотя после двух встреч с кнопкой уже мог бы понять, что реагирует она очень своеобразно.

Может, и правда работа в школе в ней бесстрашие отключило. Вспомнить хотя бы нас с братом в те годы. Наша «классная» точно сидела на чем-то убойном, раз мы вполне себе живые и здоровые окончили школу.

— Ты, ты. Должна же быть от тебя какая-то польза?

— Нет от меня пользы! Вредитель я сказочный.

— Сказочный, – с непередаваемым скептицизмом в голосе вздохнула Анфиса, а к нашему представлению присоединилось новое лицо.

— Здрасьте, – вежливо поздоровался Кирюха, заходя через дверь.

Теперь понятно, почему друг молчал: так же, как и Мот, вышел в окно и обходил дом.

— Добрый день, – вежливо ответила ему Анфиса, делая шаг назад.

Она скрылась из моего поля зрения, и дальше я мог только слушать их разговор.

— С кем это вы тут разговаривали? – уточнил у нее Кирюха.

— По телефону, – елейно ответила ему Анфиса. – Так, значит, это и есть ваш дом с привидениями?