Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 58 – Ульяна Романова

— Что сказал врач? – заботливо поинтересовался я.

— Что в моем возрасте беременеть все же не стоило, – вздохнула она.

— Где он? – озверел я.

Потому что говорить такие вещи беременной, мнительной и чересчур восприимчивой женщине, которая и так на нервах, не стоило. И я планировал провести воспитательную беседу на тему медицинской этики.

— Пойдем, все в порядке, – махнула рукой Инга, – просто я с Мариной столько анализов не сдавала. Меня отправили сдавать кровь на выявление кучи патологий.

— Инга, все с твоим малым будет нормально. Ты здорова, Колян здоров как конь. Нет, как два коня и один пони. Не накручивай себя, а лучше смени врача!

— Здорова, Роб, но мне уже не двадцать! Я внуков ждала от Марины с Артиком. И не смей так улыбаться!

— Я? Я не улыбался. Просто надо было сразу меня слушать! – наставительно заметил я, медленно выводя Ингу на улицу. – Я говорил, что он ее не обидит, будет любить и на руках до самой пенсии носить. А ты не верила.

— Багров! Марине было восемнадцать, а ты тогда своего лося видел? Откуда я могла знать, что он не поиграет и бросит?

— Я сказал. Моего слова недостаточно?

— Теперь достаточно, – согласилась Инга.

— Вот. И я тебе отвечаю, что у вас родится здоровый ребенок. И переживать не о чем. Маринка у тебя какая удалась. Умная, красивая, моего охламона одним движением брови строит. Кстати, как у вас с ней?

— Я жутко перед ней виновата, – снова начала посыпать она голову пеплом, – Марина молчит, поддерживает меня, но в душу все равно не пускает. Я очень стараюсь стать ей подругой, но…

— Всему свое время, – успокоил я, – она тебя любит, приезжает, заботится, а это уже хорошо. Остальное Арт вывезет и поправит, он башковитый малый.

— Да. Роберт, она у тебя красотка, – сменила тему Инга, намекая на злючку.

К тому моменту мы уже дошли до моей машины, я помог устроиться Инге и сел за руль.

— Она прелесть, – разулыбался я как Чеширский Кот, – такая, знаешь, что дыхание замирает. Но закрытая слишком и напуганная.

— Роберт, тебе это трудно понять, но иногда мужчины жестоки. Они пользуются женщинами, выкидывая потом на улицу с ребенком на руках. И после такого очень сложно кому-то доверять.

— Я тебе еще в том году предлагал найти Маринкиного отца и набить ему морду, – напомнил я.

— Я не об этом.

— Я понял, о чем ты. Инга, вспомни, как я тебя в свое время выводил из депрессии.

— Бесил.

— Не бесил, а вытаскивал эмоции. Смотри, есть твоя зона комфорта, где все мужики плохие, а ты страдаешь. И ты всех вокруг воспринимала именно так – агрессорами. Просто поговорить с тобой смысла не было. Нужно было сбить с толку и на деле показать, что хреновые не все. Чем я и занимался, довольно успешно, как видишь. С Авророй так же. Просто прийти, галантно пригласить на свидание в ресторан с цветами не выйдет. Тогда я встану в один ряд со всеми ее ухажерами. Она сама не знает, чего хочет, пишет дурацкие списки, а по факту ей просто нужен тот, кто будет рядом, поддержит и поможет.

— Какие списки? – не поняла Инга.

— С подружкой, кстати, такой же, как моя злючка, список идеального кандидата на ее сердце написала.

— А ты что?

— А я иду от обратного, – широко и открыто улыбнулся я.

— Зачем? Роберт, я тебя не понимаю.

— Затем, что мир не черный и белый. И неважно, буду я галантным и молчаливым или, как она любит говорить, мужланом и варваром. Если играть по ее правилам, то настоящую Аврору я узнаю не скоро. И добьюсь ли, большой вопрос. Она сильная девочка, независимая, сама всего добилась. Контролер, педант, чистюля. Понимаешь, она играет в холодную, неприступную стервочку, а я хочу знать ее настоящую.