Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 17 – Ульяна Романова

— Оба сто кругов, пока голова не закружится. Остальные на разминку. Еще раз устроите драку – оба из команды вылетите. Ферштейн? Можете не отвечать. Все остальные – разминаемся.

Я наблюдал, как пацаны разминаются, подсказывая когда нужно, и косился на драчунов. Оба как заведенные наворачивали круги вокруг зала, норовя ударить друг друга плечом или подставить подножку.

Дури много, мозгов пока не очень. Жестом остановил драчунов и отправил выпускать пар на ринг, пока остальные отрабатывали удары. А после тренировки этих же двоих отрядил на уборку зала. Выдал ведра, тряпки и перчатки.

— Тренер, – прошипел Леха.

— Труд из обезьяны сделал человека, – наставительно заметил я, – арбайтен. Еще раз устроите потасовку – будете убирать весь этаж.

— А вы у нас теперь постоянно будете тренировки вести? – скривился Кирилл.

— Я вас обоих к себе заберу, – пообещал я.

— Хоть душ принять можно? – скуксился Леха.

— Когда пол в зале заблестит, тогда можно, – кивнул я.

Пацаны взяли орудие труда, вздохнули и принялись за уборку. А я наблюдал. Совместный труд и общая ненависть сближают, я по опыту знал.

Пока упахивал обормотов, вернулся Колян. Посмотрел на усиленно работающую парочку и протянул мне ладонь:

— Спасибо. За что страдают?

— Драку устроили, девчонку не поделили. Кир приударил за сестрой Лехи.

— Мы тоже такими были?

— Мы дурнее были и умнее. И дрались не на тренировках, а после, за гаражами, – с улыбкой вспомнил я. – Принимай эстафету по примирению сторон. Как Инга?

— Бурчит, но рада. Марину с Артом в гости ждем на выходные.

— Добро, – согласился я, – все, поехал.

До Аристарховны ехал под бодрую музыку, предвкушая предстоящее веселье. Соскучился я по шипящей как кошке злючке – сил нет.

Припарковал машину, вышел и офигел. Округлил глаза и подошел к Аристарховне, которая нервно топталась у входа в кофейню.

Отобрал из ее пальчиков сигарету, выбросил в урну и выдал:

— Ты обалдела?

— Вы что здесь забыли? – прошипела моя злючка, а я поплыл. – Вас только не хватало.

— Курить вредно, особенно женщине. Что, думаешь, троих родила, теперь все можно, да?

— Роберт, что вам нужно? – зашипела она.

— Пришел один вопросик пояснить, Аристарховна. Вот ты мне вчера в кофе что добавила? Пучило весь вечер. Признавайся, яда ливанула?

Пока я говорил, дверь в кофейню медленно открывалась, а на пороге возник доходяга в дешевом классическом костюмчике. Услышал мою последнюю реплику и азартно потер ладони:

— Пучило, говорите? Точно после посещения этого заведения?

Лицо Аристарховны стало белее мела, а в глазах зажглась жажда убийства, собственно, меня.

Думаю, за неимением других орудий казни и пыток повесит на собственном исподнем.

— Не слушайте его, – взмолилась Аврора, – это местный сумасшедший.

— А вы кто, молодой человек? – заинтересовался я.

— СЭС, – гордо представилось чудо в перьях, а у моей Аристарховны окончательно испортилось настроение.

— И что ты тут забыл? – не понял я.

— Анонимная жалоба, мы обязаны проверить. И ваши показания будут весьма к месту.

Это я вовремя приехал.

— Аврора, кофейку мне сделай, – потребовал я, – давай, давай. Черный, без сахара.

Обнял злючку за талию и подпихнул внутрь. Она сопротивлялась. Пришлось приподнять над полом и затаскивать силой. Открыл дверь, поставил недовольную Аристарховну и не очень тактично запер дверь у нее перед носом, еще раз напомнив: